— И это чистая правда, — добавил старик.
— А похоже на красивую небылицу, — прозвучал еще один голос. — Идите к костру и выпейте кружку вина. Адриан, возвращайся на свой пост, парень, а ты, юный Генри, если еще раз направишь на меня этот арбалет, я тебе нос сломаю.
Человек был облачен в доспехи, а через его руку был перекинут тяжелый топор. Несмотря на это, он стащил кольчужную рукавицу и пожал Гармодию руку.
— Меня зовут Старый Боб, — произнес он. — И я — латник, ими становятся лишь лучшие, ну или почти лучшие. — Он разразился громким хохотом. — А вы что, правда лорд Сильва?
— Правда, — ответил старый маг. — А у вас точно безопасный лагерь и вино есть? Я заплачу серебряный леопард тому, кто позаботится о моей лошади.
Солдат снова засмеялся.
— Долгая выдалась ночка?
— Три долгие ночки. Клянусь кровью Христа и его воскресением, я сражаюсь уже целых три дня.
Они вступили в круг света от большого костра, над которым возвышалась тяжелая подставка. С нее на цепях свисали три котла, а к поперечной перекладине было подвешено два фонаря. Чуть дальше он заметил десяток мужчин, склонившихся над чем–то лежавшим на земле, и высокое колесо тяжелой повозки. И за ним еще одно.
— Это караван мастера Рэндома, — пояснил латник. — Пятьдесят фургонов или около того, от всех харндонских гильдий.
Гармодий кивнул. Он никогда не слышал о мастере Рэндоме, но старый маг уже знал, что был потерян для мира на десять лет или даже больше.
— Здесь вы в относительной безопасности, — продолжил Старый Боб. — Правда, сегодня мы попали в засаду боглинов.
Он повел плечами, и волшебнику стало совершенно очевидно, что он чем–то расстроен.
— Вы понесли потери? — Гармодию очень хотелось спросить о количестве и силах противника, но его интерес побеждала усталость.
— Молодой рыцарь. — Старый Боб махнул огромным топором в сторону склонившихся мужчин. — Он получил серьезные ранения, когда сразился с демоном из земель Диких.
Старый маг вздохнул.
— Расступитесь, — приказал он.
У них была всего одна свеча, коновал обрабатывал раны мужчины уксусом. Молодой рыцарь потерял много крови. Обнаженный до пояса, он был бледным как полотно и казался крайне уязвимым. А недавно появившиеся весенние мухи вовсю пировали на нем.
Почти не задумываясь, Гармодий сотворил небольшое заклинание, после которого от мух не осталось и следа. Усталость навалилась, будто на его плечи надели кольчугу, подобно железным тискам, сжала сердце. И все же он опустился около раненого на колени, а Старый Боб высоко поднял фонарь. На мгновение старому магу померещилось, будто перед ним сам король.
Обследуя увечья, Гармодий наклонился еще ближе. Три колотые раны, несколько царапин — ничего, что могло бы убить здорового человека, но потом он увидел ужасные ожоги. В красноватом пламени свечи глаз мужчины походил на кровавое месиво.
— Господи Иисусе, — промолвил старый волшебник.
То, что сначала он принял за грязь на плече, оказалось вовсе не грязью — кольца кольчуги вплавились прямо в тело молодого–человека. Эти ожоги были даже не красными, а черными.
— Он сражался с адверсарием, — произнес кто–то из мужчин. — Демоном из ада. Даже когда тот бросил в него огнем.
Гармодий почувствовал, как закрываются глаза рыцаря. У него не хватало сил для спасения его храброй души, а это порядком раздражало, особенно если учесть, что ему нужна была лишь толика природной силы для лечения ожогов. Для подобного требовался большой опыт, умение придавать заклинанию нужную форму и щепотка силы.
Тем не менее мысль о том, что ему нужна сила природного происхождения, натолкнула его на другую идею.
Он прикоснулся к собственным запасникам — предметам, которые он на протяжении многих лет скрупулезно наделял волшебной силой: купал в огне, наполнял и насыщал их, вливал в них яркий золотой свет Священного солнца. Все они были холодными и пустыми. Таким же было и его самое большое хранилище силы — собственная плоть. Пустой, холодной, изнуренной.
И все же, по логике проведенного в его башне опыта…
— Отойдите все назад, — приказал Гармодий.
Ему не хватало сил даже объяснить собравшимся вокруг людям, что он собирается делать.
— Я истощен, — сообщил он старому солдату. — Вы понимаете, что это значит?
— Вы не можете лечить?
— Именно. Я собираюсь использовать местный источник силы. Если не удастся, ничего не произойдет. Если удастся… — Маг потер глаза. — Клянусь Гермесом и всеми святыми, что–то да произойдет.