— Я уважаю вашу готовность остаться здесь и сражаться, чтобы мы сумели добраться до безопасного места. Но мне кажется, нам лучше держаться вместе. Предстоит долгая дорога домой, теперь в этих лесах на каждом шагу подстерегает опасность.
— Эти люди могут уйти, хотя я считаю, они в большом долгу перед вами.
На противоположном берегу появился демон, и где–то за ним взревел тролль.
— Но сам я останусь здесь до тех пор, пока Господь дарует мне силы, чтобы удерживать эту переправу, — произнес Гэвин.
А потом очень тихо добавил:
— Когда–то я был таким красивым.
— Мессир, вы истинный рыцарь, — сказал Гармодий.
— Теперь я то, кем являюсь. Слышу, например, как демон переходит реку… Мне кажется, я его понимаю. Он призывает кровных родственников. Я…
— Вы спасли нас, — заявил Гармодий, — будучи рыцарем.
Гэвин болезненно улыбнулся ему.
— В какой–то момент я им перестал быть, но теперь снова хочу им стать.
На лице старого мага появилась усмешка.
— Хорошие люди так и поступают.
Он приподнял колпак. Сидя верхом на боевом коне, он казался выше, чем был на самом деле. На противоположном берегу взревели тролли, и Рэндом почувствовал привкус желчи во рту. А потом, перекрыв мелодичные рожки боглинов, раздался такой знакомый звук — из–за деревьев донесся сигнал бронзовой трубы.
К ЮГУ ОТ ЛИССЕН КАРАК — ЭМИС ХОБ
Эмис Хоб лежал, не двигаясь.
Он лежал, не двигаясь, и по нему стали ползать муравьи. Когда ему нужно было отлить, он делал это, не поднимаясь.
У подножия холма копошились боглины. Они устроили знатный обед. Он старался на них не смотреть, но взгляд сам возвращался туда, снова и снова.
Боглины подходили к трупу, облепляли его, а потом уходили, оставляя лишь кости, пучки полос и несколько сухожилий. Некоторые особи ели в одиночку, но большинство целой сворой.
Позади них с горного хребта медленно спускалась пара огромных рогатых троллей. На расстоянии в десять лошадиных корпусов от лежавшего разведчика тот, что крупнее, запрокинул голову и заревел. В ответ десять боглинских рожков заиграли мелодичные, веселые сигналы.
Рядом с разведчиком появился Гельфред, лицо у него было белым как мел.
— Сколько их? — выдохнул он.
Эмис Хоб качнул головой.
— Тысячи.
Но Гельфред был из другого теста. Он приподнялся на локтях, внимательно осмотрелся и произнес:
— Не оставляй нас, благословенный святой Евстафий.
Тролль повернул голову в их сторону и увидел егеря.
— Сматываемся! — крикнул разведчик.
Гельфред прицелился, словно бубенчик, звякнула тетива, и ближайший боглин упал. Так же как и второй, находившийся у него за спиной.
— Нам крышка, — с горечью заметил Эмис Хоб.
— Не говори глупостей, следуй за мной.
Они побежали по склону хребта, откуда недавно появился Гельфред. Почти параллельно им с диким грохотом несся тролль. И двигался он значительно быстрее.
У подножия хребта они оказались всего на несколько лошадиных корпусов впереди чудовища, и, к большому изумлению Эмиса Хоба, там их ждала пара малорослых лошадей. Оба с разбега запрыгнули в седла, и кони, столь же напуганные, как и их всадники, помчались прочь.
Оторвавшись от погони, Гельфред придержат лошадь.
— Скачи к капитану. Он едет по этой же дороге.
— Я ему передам, чтобы возвращался в крепость! — воскликнул Эмис Хоб, во взгляде которого все еще сквозил ужас.
Егерь покачал головой. Бледность так и не сошла с его лица. Без сомнения, он тоже боялся, но относился к тому типу людей, которые, даже пугаясь, не утрачивали способность рассуждать здраво.
— Нет. Вовсе нет. Скажи, мы сможем это сделать. Если он поторопится.
Возможно, Эмис Хоб остался бы, чтобы поспорить, но это было бы настоящим безумием. Поэтому он пришпорил коня и ускакал, бросив Гельфреда одного в лесах, кишащих боглинами и троллями.
Мужчина опустился рядом с лошадью на колени и приступил к молитве, сосредоточенный на одному лишь ему известной цели.
Вспышка света, и Гельфред исчез.
К ЮГУ И ВОСТОКУ ОТ ЛИССЕН КАРАК — ПЛОХИШ ТОМ
Победа может зависеть как от удачи, так и от навыков или силы рук.
Плохиш Том скакал во главе авангарда. На расстоянии одной лиги они услышали рожки боглинов и остановились: длинная колонна по двое в ряд, боевые кони всхрапывали, малорослые лошади лучников старались держаться подальше от огромных скакунов, чтобы те их ненароком не задели. Вдоль дороги росла свежая трава, и все животные хотели ее отведать.