— Жак!
Вместо них вышла монахиня — высокая и привлекательная, несмотря на запавшие глаза.
— Могу я чем–то помочь? — спросила она.
— Капитан в беде. Передайте Плохишу… Передайте сэру Томасу, нам нужны запасные стрелы, и чтобы все люди были в доспехах.
— Передам.
— Не сомневаюсь, красотка.
Длинная Лапища осторожно сплюнул в сторону, одарил ее лучшей из своих улыбок, развернулся и побежал вниз по тропе, догоняя остальных.
ЛИССЕН КАРАК — ГАРМОДИЙ
Гармодий наблюдал за суетой во внутреннем дворе, взбираясь по ступеням мимо двух споривших друг с другом латников, добрался до стены…
Все оказалось хуже, чем он предполагал. Босоногий, он побежал вдоль стены к яблоне. Вбирая силу, вскинул посох…
ЛИССЕН КАРАК — НАСТОЯТЕЛЬНИЦА
Из окна своей комнаты настоятельница наблюдала за построением дневного караула. Было что–то особенное в этом хорошо организованном войске. В их ярко–красных гербовых накидках, до блеска отполированных доспехах. С ними она чувствовала себя в безопасности, хотя и понимала — это ложное ощущение.
Когда она разглядывала их, высматривая капитана, скучая по нему и налагая на себя епитимью — все это промелькнуло у нее в голове одномоментно, — облаченная в мужские доспехи женщина отдала приказ, и воины строем последовали за ней.
Внезапно возникла паника — люди бросились в разные стороны.
Женщина потянулась в эфир…
Он готовился напасть.
Она чувствовала себя хорошо выспавшейся и невероятно сильной. Прошла через верхние покои к окнам внешней стены, расположенным на высоте трехсот футов над равниной, и выглянула. Поля кишели существами, словно личинками насекомых. Ее передернуло от отвращения. Две послушницы, взволнованные ее состоянием, явились с чашей подогретого вина и подбитой мехом рясой. Она осушила кубок и натянула рясу, послушница, что постарше, стала расчесывать ей волосы.
— Поторапливайся.
На ноги она надела легкие туфли, а поверх меховой рясы накинула мантию, указывающую на ее положение, и выбежала из покоев. Тем временем существа на раскинувшихся внизу полях не единой могучей волной, но морским приливом стремились достать до оборонительных укреплений.
Она схватила посох — изогнутый жезл, который по традиции носили и ее предшественницы, — с зеленым камнем на навершии. А потом женщина побежала, словно помолодев на много лет, к месту поклонения — своей яблоне. Она пришла в замешательство, обнаружив у дерева постороннего. И не просто находившегося там, а купавшегося в ее силе.
— Господин маг, — остановившись, произнесла она.
— Госпожа настоятельница, — ответил на приветствие Гармодий. — Я занимаюсь делом.
Несмотря на ее замешательство, он вскинул свой посох. Его сила была зримой. От всей его фигуры исходили ее нити.
НИЖНИЙ ГОРОД, ЛИССЕН КАРАК — КРАСНЫЙ РЫЦАРЬ
Капитан наблюдал, как продвигаются существа из армии противника. Они уже достигли зоны поражения, и Безголовый с приятелями приступили к отстрелу. Два самых молодых лучника принесли со второго этажа пучки новых стрел, а те, кто постарше, выпускали их во врага. Безголовый суетился, определяя скорость и направление ветра и расставляя пучки стрел в специальные держатели, вмонтированные в стены, — что–то вроде небольших железных ведерок.
Командующему и раньше доводилось видеть своих лучников в деле: он часто присутствовал на их тренировках на стрельбище, но никогда еще десяток профессионалов не действовал так слаженно.
Два старших лучника, Безголовый и Кэнни, вскинув луки, выстрелили разом, успев обсудить, какие цели наметили, и проследили за полетом стрел.
— Не промахнулись, — серьезно произнес Кэнни. Куда только подевался обычный грубовато–приказной тон казарменного юриста.
— Не промахнулись, — подтвердил Безголовый. — Готовы, парни?
Он вскинул лук, и все мужчины в башне выстрелили одновременно. Их стрелы взлетали все выше и выше, и еще до того, как они полетели по нисходящей, следующий залп рассек воздух.
Ирки на равнине взревели, показывая свое презрение, обнажили загнутые зубы, похлопывали себя по задницам и потрясали копьями. Их было около тысячи, а возможно, даже больше. Одетые в домотканую зеленую одежду и кожаные краги, с коричневой кожей, они выглядели так, словно восстали из–под земли.
Первый залп достиг цели, вырезав небольшой кусок огромного лоскутного одеяла из коричнево–зеленых ирков.