«Какими бы они ни были».
Королева пристально на него посмотрела. В ее взгляде не было хитрости или намека на флирт, насмешки или искусного обаяния, или даже привычного юмора.
— И что это значит? — шепотом спросила она.
— Спросите меня снова, ваше величество, после того как через неделю я призову его вновь. Скажите, будете ли вы со мной в тот день… Я обязан вам, если бы не вы…
— Что ты ищешь, маг? Одобряет ли подобные практики церковь? — говорила она нарочито медленно, тщательно подбирая слова.
Он вдохнул. Выдохнул. «Наплевать на церковь», — подумал он, а вслух произнес:
— Да, ваше величество.
«Нет, ваше величество. Вряд ли. Но они — не ученые. Их интересует лишь сохранение текущего положения».
— Я не просто какая–то девчонка, — заявила она. — Разве нам не следует спросить об этом епископа?
Гармодий нахмурился.
— Как пожелаете, ваше величество.
СЕВЕРНЫЙ ТРАКТ — ДЖЕРАЛЬД РЭНДОМ
По торговым меркам, караван Рэндома продвигался быстро. За день они покрывали от шести до десяти лиг, для ночевок останавливались на окраинах городов и разбивали лагерь на подготовленных для посевной полях. Корм для скота, свежеиспеченный хлеб и разделанное мясо им доставляли из окрестных деревень. Люди были довольны поездкой, поскольку сам Джеральд все заранее продумал и распланировал, да и с пропитанием перебоев не возникало. Но им предстояло преодолеть сотню лиг, чтобы добраться до Альбинкирка, потом еще сорок на восток до ярмарки. Таким образом, караван прибудет туда позже, чем рассчитывал Рэндом.
Альбинфлеры — маленькие желтые шарики с покрытыми пушком лепестками, источавшие прекрасный аромат и произраставшие лишь на склонах вдоль реки, — цвели на раскинувшихся по обе стороны от тракта лугах. А когда караван проезжал один из любимых Рэндомом отрезков пути — вдоль самого края отвесного обрыва над Альбином, чьи воды текли между скалами на расстоянии в шестьдесят и более футов, — сверху альбинфлеры сливались в желтые дорожки, а противоположную сторону, до которой была почти целая миля, укрывали словно ярким восточным ковром. Прошли годы, пока у него снова появилась возможность увидеть эти цветы. На севере они не росли.
После трех удачных дней путешествия они прибыли в Лорику к постоялому двору «Два льва». Привычное место ночлега, где можно было разжиться хлебом и фуражом, превратилось в дымящиеся развалины. На то, чтобы договориться с новым поставщиком и раздобыть все необходимое, у Рэндома ушел целый день, а история о том, как сгорела гостиница и местный шериф был избит иноземцами, немало возмутила его. Владелец «Двух львов», уже отправивший посыльного к королю, стоял во дворе с перевязанной головой, наблюдая, как рабочие подъемным механизмом стаскивают с основного здания обуглившиеся стропила.
Рэндом поручил одному из новобранцев доставить мастеру гильдии в Харндоне сообщение о произошедшем. Как правило, харндонцев мало заботили дела небольших городков, но сейчас происшествие касалось деловых отношений, взаимовыручки и патриотизма.
На следующий день сразу у двух его фургонов сломались спицы — у одного настолько неудачно, что деревянное колесо распалось на две части, и с него свалился железный обод. А это означало, что ему необходим кузнец и колесный мастер. Поэтому пришлось возвращаться в Лорику, ночевать в довольно паршивой гостинице, а караван тем временем продолжил двигаться на север уже без него. Он остался лично, потому что в Лорике знати именно его, а не его наемников, не Джудсона, торговца тканями, и не кого–то другого.
Рано утром оба фургона были готовы отправиться в путь, и он без воодушевления выплатил оговоренную сумму за то, что два ученика и подмастерье работали всю ночь при скудном освещении. Еще один серебряный леопард достался кузнецу, чтобы тот до заутрени установил обод на колесо.
Джеральд принял причастие у монаха, служившего мессу в придорожной часовне, выпил небольшую кружку пива и уселся на лошадь во главе маленького каравана. На божественной литургии собралось немало отщепенцев, мужчин и женщин–нищих, несколько бродяг и труппа странствующих актеров. Присутствие бедняков никогда не смущало Рэндома. Он часто раздавал им пожертвования.
Но возможность лишиться кошелька и груза из–за всякого сброда его беспокоила. Недоверие вызывали четверо, хотя не обязательно они промышляли вместе. Рэндома еще никогда не грабили те, с кем он только что слушал мессу, но рисковать он не собирался. Джеральд обменялся многозначительными взглядами со своими возчиками, и повозки двинулись вперед.