— Бильбо! — не сдержавшись, воскликнула я и бросилась к нему.
— Несси! — пораженно выдохнул он и застыл на месте.
Все такой же, почти не изменившийся Бильбо, только одет богаче, изысканней. И держится одновременно с достоинством, но без ненужной напыщенности. Я обняла его крепко-крепко и почувствовала слезы, текущие по лицу. И тогда, и, судя по всему, сейчас, Бильбо — единственный, кто ничего от меня не требует, принимает все мои решения, какими бы дурацкими они не были, может дать совет, да и просто от его присутствия на душе становится легче. Я заметила слезы и в его глазах.
— Ох, Несси! Не может быть, — невнятно пробормотал он. — Ты же… мы же думали…
— Значит, ты вернулась, — совершенно спокойным тоном произнес Гэндальф.
Я выскользнула из объятий Бильбо и взглянула на мага. Он приподнял голову, и ярко сверкнули из-под тени, отбрасываемой шляпой на его лицо, глаза. Я только кивнула.
* * *
Как и сказала Дис, вечером состоялся особый ужин для участников похода. Сама Дис тоже присутствовала на нем на правах сестры Торина. Очевидно, у нее на уме было только то, что Кили и Торин проводят время не только с друзьями, но и со мной. Ей это, должно быть, не нравилось. Станем ли мы с Дис когда-нибудь общаться более… дружески? Например, если я расскажу, что она могла лишиться и брата, и обоих сыновей, не принеси меня какая-то нелегкая в Средиземье двенадцать лет назад? Нет, я не буду ей этого говорить… Нечестная игра, слишком легко заработанные очки. Да и не решила я еще, что мне говорить можно, а что — нельзя.
Несмотря на неформальную обстановку ужина всех участников похода, Гэндальф выглядел несколько озабоченным, хмурым, а Бильбо казался немного пришибленным. Как будто что-то случилось…
— Гэндальф, — я легонько коснулась его руки, — я могу позже поговорить с тобой наедине?
Волшебник оглянулся на гномов, занятых разговором с Бильбо. Я постаралась удержать свой взгляд на истари, и побороть соблазн хоть украдкой полюбоваться Торином. Как ни странно, мне это удалось, хотя его присутствие совсем близко я ощущала примерно так же, как пламя Смауга, летящее мне в спину. Невыносимый жар, на самой грани боли… Так, не отвлекаться.
— Да, нам нужно о многом поговорить, — многообещающе прошептал Гэндальф. — Пожалуй, связь с тобой прямая… Мне потребуется твоя помощь.
Моя помощь? Гэндальф с сосны рухнул, а поблизости не оказалось орлов? Какая от меня может быть помощь?! Может, неожиданно шепнул мне внутренний голос, ты знаешь все, что должно произойти дальше. Но я не могу… Ох, потом решишь!
— Да что я! — неожиданно воскликнул Бильбо и махнул рукой. — Я-то все время в Шире жил себе и жил, да мы и в прошлом году виделись! А вот Несси…
Все тут же уставились на меня. По моей коже поползли мурашки.
— Как ты снова здесь оказалась? Получается, ты очнулась… Это же просто… сумасшествие! Я-то думал, все будет, как обычно, как уже двенадцать лет, из года в год… а тут такой приятный сюрприз! Ну, расскажи, как ты жила?
Странно, но до сих пор я слышала этот вопрос всего дважды — от Бофура и Ори. Ни Торин, ни Кили не стали этим интересоваться. У меня, по правде говоря, сложилось впечатление, что они нарочно избегают этого вопроса. Может, боятся, что я начну скучать по тому миру, откуда явилась? Или начну рассказывать о тех, кого любила там… Сердце болезненно сжалось, в голове пронзительно зазвенело, в висок словно вонзился раскаленный металлический штырь. Запах гари и горячего металла наполнил ноздри. Пламя в моей жизни всегда имело только негативную окраску…
Я попыталась улыбнуться.
— Ну, моя жизнь была очень веселой, — кажется, мои слова прозвучали глупо.
Торин не сводил с меня напряженного взгляда пронзительно-голубых глаз. Взгляд Кили был несколько… хмм… погорячее. Фили глядел на брата, словно надеясь заслонить его от меня. Дис еще больше нахмурилась. Я неожиданно заметила, что Двалин смотрит на нее с тревогой.
— Хотя здесь всегда веселее, — добавила я.
Рассказать им, что за последний год моя жизнь превратилась в кладбище, и тропинки между могилами становятся все уже, и я боюсь, что земля под моими ногами разверзнется… и поглотит меня.