...
— Что?.. — хрип. — Это что за шутка?..
— Посмотри на меня. Я похож на клоуна? — голос стекал мне под кожу, как кипящее масло. Безумные глаза смотрели на меня.
Его пальцы легли на мою талию. Как клещи. Как мясницкие крюки.
— От меня ты что хочешь? Уйди! Я буду ор... — он закрыл мне рот рукой и паника полностью накрыла меня.
— Ты не понимаешь. Я выбрал тебя. Ты будешь рядом.
Я рванулась. Побежала. Сквозь дождь, который теперь хлестал, как кнут.
Кеды — по лужам, по плитке.
Сердце грохотало, как барабан. Не марш.
Бойня.
Поскользнулась. Тело вышибло вперёд. Удар. Камень. Вспышка боли — как раскалённый гвоздь под кожу. Локоть содран до мяса. Нос разбит. Кровь хлынула, густая, тёмная. Прямо в рот — с губ. Я закашлялась.
Он стоял.
Неподвижный. Словно уже мертвец.
Лицо — пустое. Ни зверя, ни смеха. Только... интерес.
Как будто я — игрушка, которую он ещё не распаковал.
Я пыталась подняться. Ладони дрожали. Камни рвали кожу.
Шаг.
Он сделал шаг. Как скальпель. Медленно, с наслаждением.
Шаг.
Я ползла назад. Колени в крови, ладони — в грязи.
"Никогда не бойся", — помнишь, говорили?
Но страх уже дышал в ухо. Скребся в позвоночник.
— Что ты хочешь? — выдохнула я. Почти без звука.
Он склонил голову.
— А ты боишься.
Голос — тёплый, как гной. Ласковый. Как последние объятия.
— Что ты хочешь?! — сорвалось из меня.
Гром ударил. Порыв ветра. Лужа крови на плитке качнулась.
Он присел. Протянул руку. Когтистые пальцы.
Я поняла: он не спешит.
Он уверен, что уже съел меня. Просто еще не прожевал.
— У тебя квартира, — прошептал.
— Ты... псих.
— Нет, куколка, ты.
01:34.
Он открыл мою дверь. Без ключа. Просто толкнул — и она послушно скрипнула.
Сел на диван.
Нашёл кружку с надписью "Улыбнись".
Разбил её об пол.
— Настоящая улыбка, — пробормотал, глядя на осколки, улыбнулся.
Он налил чай. Выплеснул. Ковёр жадно впитал.
— Он всё равно скоро зальётся, — сказал.
— Уходи. Пока не...
— Что? Полиция?
Он хохотнул. Плевок упал на ковёр.
— Никто не придёт. Это здание — мавзолей. Вы же все ходите по трупам, только не поняли этого.
Он протянул мне мятые пятьдесят баксов с изображением Гранта.
— Передай тому уроду за товар. Пока ноги ещё ходят.
Я взяла. Мамка учила всегда брать, когда дают.
— Ты боишься крови?
Он склонил голову.
— Придётся научиться её нюхать. И пить.
Пиздец
Душ.
Вода шипела, словно кислота.
Смывала грязь, но не снимала страх. Он всё ещё был здесь.
Я дёргала себя за кожу. Царапала.
Но не просыпалась.
Когда вышла — пусто.
Я выдохнула.
Хррр.
Дыхание.
Он — в моей постели. Голый по пояс.
Шрам на лбу. Синие глаза. Кровь на губах.
Скулы как лезвия.
— Уходи, — выдохнула.
— Уже поздно.
— Просто ты ещё не знаешь, сколько же трупов ты оставишь из-за меня, — ответил он с хрипом, вяло улыбаясь.
Я засмеялась. Хрипло.
А мне было не смешно.
Мне было страшно.
Он молчал.
И я — заплакала. Без слёз для сцены.
Я знала:
жизнь моя — не просто сломана.
Она вырвана, распотрошена, разложена по кускам.
И в этом — было что-то тёплое, пульсирующее.
07:09.
Камин трещал.
Книга на столе.
Надо бы почитать.
Если успею.
Пока ещё дышу.
Но я чувствую его дыхание позади.
Глава 1.2. Мировская.
Знакомство. Дополнение.
— Адам, ты прекрасен! Именно этот костюм тебе идёт! — Катюша рассмеялась, хлопнув в ладоши, словно ребёнок, увидевший волшебство.
Адам застенчиво оглядел себя в зеркале: тёмно-синий пиджак сидел на нём идеально, подчёркивая плечи и мягко очерчивая линию талии.
— Да? Я думал, он слишком… кричащий. Но тебе я верю, Катюша, — сказал он, повернувшись к ней с лёгкой улыбкой.
Он подошёл ближе, обнял её за талию и поцеловал в шею — нежно, как будто боялся оставить след. Потом в губы — быстро, с нажимом, будто торопился запомнить вкус.
— Милый, у тебя на сколько встреча? — спросила она, мягко касаясь его груди.
— На девять. Вроде бы короткая. А ты? Как твоё расследование?
Катюша резко поникла. Её плечи чуть опустились, взгляд стал тяжелее.
— Больная тема, милый Адам. Мы всё ещё ищем… — Она усмехнулась, не дожидаясь реакции. — Это же не ты? — ляпнула с нервным смешком.
— Конечно я, кто же ещё? — отозвался он с иронией и, чуть склонив голову, подмигнул. Но в его глазах что-то дрогнуло.
— Начальство давит. Им подавай маньяка за два дня, будто мы на базаре. А мы его уже шесть лет ищем… Шесть! И всё — пусто. Следы, намёки, совпадения… но как вода сквозь пальцы.