Миша не удержался и хихикнул, представив себе эту картину, но мама проигнорировала его смешок.
- А сегодня я занималась с утра своими делами и думать забыла про это… У меня чуть сердце не остановилось, когда к ноге прикоснулось что-то холодное... А это Мурзик! Я сначала не поверила, подумала, может это другой, похожий на него соседский кот, но потом пригляделась и это точно наш Мурзик! А потом знаешь что? Я вышла во двор и там уже не было моего слепленного снежного Мурзика! Весь снег в округе так и лежит, ничего не растаяло, а он пропал...
Она на секунду помедлила, будто пытаясь привести свои мысли в порядок, а затем неуверенно прошептала в трубку:
- Я думаю, что снежный Мурзик ожил.
Миша не смог решить, смеяться ему над маминой фантазией или бояться за ее психическое состояние.
- Мам... - неуверенно начал говорить юноша, но она тут же его перебила.
- Да знаю я, Мишенька, что ты думаешь. И, скорее всего, так оно и есть - Мурзик просто шлялся где-то все это время, а сегодня приперся, паскуда такая, как ни в чем не бывало.
Она замолчала, наверное, чтобы перевести дух. И продолжила уже совсем другим более тихим тоном.
- Только глаза у этого Мурзика какие-то красные, у него же вроде они желтые были. Может, заразу какую подцепил?
- Наверное, - неуверенно согласился Миша.
После этого разговор как-то скомкался и они распрощались. Вначале Миша серьезно беспокоился о маме, все думал, как ей помочь, если она вдруг стала придумывать и верить вот такие бредовые истории. Разумеется, его мать всегда была чуточку суеверной, но это никогда еще не заходило так далеко. Наверное, от постоянного одиночества крыша едет. Ничего так и не придумав, он решил поехать домой сразу же, как начнутся каникулы и провести все лето с матерью.
Прошло несколько недель. Мама как будто забыла про его существование и не выходила на связь. Подождав еще пару дней, Миша решил позвонить ей в последний раз. Если не возьмет трубку - значит, что-то случилось и нужно бить тревогу.
Телефон долгое время издавал мерные гудки, но, когда Миша уже решил положить трубку, в том конце раздался голос:
- Привет! Миша, это ты?
Юноша ожидал чего угодно: что мама окажется больной, грустной или какой угодно другой, но никак не мог ожидать того, что он окажется таким счастливым, как будто та только что выиграла в лотерею.
- Мам, привет! - он растерянно почесал голову, прижимая к себе телефон поудобнее. - Ты что-то совсем пропала, вот, решил позвонить и узнать, в порядке ли ты...
На том конце трубки как будто немного поколебались.
- У нас все хорошо, - произнесла она.
Миша почувствовал недоумение. У кого это - у нас? Может быть, в доме был кто-то еще? Или, вдруг кто-нибудь из соседей или друзей зашел в гости, а Миша позвонил не в самый удобный момент?
Юноша уже был готов положить трубку и перезвонить в другое время, но мама, как будто почувствовав его настроение, остановила его:
- Мишенька, постой! Мне нужно тебе что-то рассказать... То есть, будет лучше, если ты сам все услышишь.
- О чем ты, мам?
- Я сейчас передам ему трубку и ты сам все поймешь!
"Кому - ему?" - хотел было спросить Миша, но тут в трубке раздался глубокий, до боли знакомый голос. Едва услышав его, Миша задержал дыхание и почувствовал, как ноги перестают его держать.
Он бы никогда не перепутал этот с каким-либо другим:
- Сына, здравствуй.
От звука этого короткого приветствия юноша попросту осел на пол.
- Папа, - хотел он позвать, но из горла не вышло ни звука.
В трубке что-то зашуршало. На заднем фоне раздался тихий мамин шепот, что-то втолковывающий тому, кто сейчас держал трубку. Ее голос словно вывел Мишу из оцепенения.
Опомнившись, он закричал в трубку:
- Я приеду, папа! Ты только дождись меня, ладно? Я приеду прямо завтра!
Но отец больше не проронил ни слова. В трубке раздались гудки, но Миша их уже не слышал, лихорадочно покупая на сайте билет до родного поселка.
Спустя полчаса, окончательно осознав все, Миша присел в углу и зарыдал, спрятав лицо в ладонях. Безутешно и навзрыд, прямо как в детстве.
Что это было, черт возьми? Может быть, это какая-то шутка? Мама подговорила какого-нибудь мужика выдать себя за папу, чтобы разыграть его..? Нет, это нечестно, это слишком жестоко.
Миша вытер слезы и с силой провел ладонью по лицу, пытаясь стереть с себя остатки нахлынувшей истерики.
Всю ночь он не мог уснуть, а уже утром, садясь в самолет, решил позвонить матери еще раз, чтобы убедиться, что ему ничего не привиделось.
Один гудок, второй, третий…