Чрезвычайки были учреждены и широкой сетью покрыли несчастную страну. Не было того уголка, куда не проникло бы это «недреманное око». Строились они по строгому плану на основах полной централизации. Во главе всего стоит «всероссийская чрезвычайная комиссия». Ей подчинены губернские чрезвычайки, последним — уездные. Кроме того, в наиболее крупных пунктах России существуют городские чрезвычайки, а в деревнях — сельские. На железных дорогах, станциях и их районе действуют жел. — дорожные чрезвычайки, а на море — морские. Все эти чрезвычайки, согласно внешнему смыслу лицемерного закона, должны были следить за попытками восстаний против власти, на деле же они сделались орудием террора. Несколько сот насильников, захвативших власть над многомиллионной страной, могут удерживаться у власти исключительно путем устрашения, и действуют они через чрезвычайки. Физическое уничтожение буржуазии и запугивание масс — вот две страшные цели, которые были поставлены перед чрезвычайками и которые они выполняют с кошмарной точностью.
В настоящее время, когда весь юг России освобожден от большевиков, деятельность чрезвычаек служит предметом особого расследования со стороны добровольческих властей. До сих пор собрано уже огромное количество материалов, снимков, документов и т. д. Часть из них опубликована, часть систематизируется. Настоящий краткий очерк базируется исключительно на фактических данных, добытых следственными комиссиями в Харькове, Одессе, Киеве, Полтаве и др. городах юга после занятия их Добровольческой армией.
Как уже было сказано выше, вся сеть русских чрезвычаек построена на принципе централизации. Таким образом, личный состав чрезвычаек всегда назначался из центра и от местных властей совершенно не зависел. Это делало чрезвычайки необычайно сильным и страшным орудием, которое повиновалось только какой-то таинственной воле и, в случае необходимости, могло обращаться и против носителей советской власти. Чрезвычайки — иначе их называют «tsche-ka», по заглавным буквам Чр. Комиссии — арестовывают исключительно по своим ордерам, которые местными властями не контр-ассигнуются. Причины ареста, по большей части, следующие: 1) донос, 2) прошлая политическая деятельность, 3) социальное и имущественное положение, 4) преступление против советской власти. Последняя причина встречается очень редко, тем не менее, ею официально объясняются все аресты и расстрелы. Помимо перечисленных, существует еще одна причина ареста: заложничество. Творцы социалистического рая воскресили этот институт, давно уже забытый цивилизованными народами. Чаще всего заложники берутся при отступлении большевиков от какого-нибудь города. Участь этих несчастных предрешена: они беспощадно расстреливаются якобы в ответ на репрессии добровольцев, а на самом деле — в отместку за понесенное поражение. Берутся заложники и по другим поводам; так, когда началось польское наступление на запад России, по требованию всероссийской ЧК во многих городах были арестованы видные поляки и их семейства, многие из них уже погибли.
Арестованные содержатся в чрезвычайке без предъявления к ним какого бы то ни было обвинения и без всякого следствия. Они представляют из себя пушечное мясо; когда большевики терпят поражение на фронте либо когда где-нибудь внутри вспыхивает восстание против советской власти — в чрезвычайках данного района расстреливается несколько сот человек.
Понятно, что люди, арестованные чрезвычайками, знают заранее о своей участи. Сознание обреченности и постоянное ожидание своей очереди создают благоприятные условия для массового помешательства несчастных. Следствие установило, что значительная часть жертв чрезвычаек была казнена в состоянии более или менее полного умопомешательства. Обстоятельства казни потрясают. Вот несколько фактов, добытых следственной комиссией в Одессе:
I. В первые дни после эвакуации Одессы французами и захвата города большевиками, когда одесская чрезвычайка не имела еще собственного помещения и казни приходилось делать наспех, практиковался следующий способ. Обреченного приводили в клозет и наклоняли голову над чашкой. Палач сзади стрелял в голову. Бездыханное тело держали над чашкой, пока не стекала вся кровь. Затем спускали воду. Таким образом, убийство не оставляло никаких следов и не причиняло палачам хлопот по уборке (эти строки посвящаю наивным французским социалистам, которым Россия кажется коммунистическим раем).