— Ради бога, не убивайте… — только и успела прошептать она.
— Милиция, я пришёл на помощь, — успокоил капитан. — Ваша жизнь зависит от соблюдения моих требований. Я иду — вы идёте. Я пригнулся — вы пригнулись. Я побежал — вы бежите вместе за мной. И абсолютно никакого шума. Ясно?
— Как божий день, молодой человек, — всхлипнула от пережитого стресса чиновница.
Находившиеся на третьем этаже террористы были заняты своими делами. Ярослав и служащая лёгким ветерком пронеслись по коридору, следователь сопроводил женщину до лестницы. Далее он наказал ей осторожно спуститься на второй этаж и, держась в пределах одного крыла и не выходя в центральную часть здания, укрыться в кабинете № 241. Согласно «Зевсу», чиновница не привлечёт внимания, а боевики на втором этаже будут сосредоточены на противниках с улицы.
Ярослав глянул вверх, уверенно стрельнул в потолок крыши и сразу перелетел четвёртый этаж. Чуть запоздало надел глушитель на АЕК прямо в воздухе. Он повис над пропастью лестницы, слегка раскручиваясь на прочном тросе и наблюдая за площадкой пятого этажа. Внезапно вышло двое радикалов, ничего не подозревая о висящем в полумраке милиционере и собираясь спокойно выдвинуться вниз. Приглушённая очередь сразила преступников, один из них рванул вперёд и полетел через перила вниз, другой ударился о косяк и, раскинув руки, так и остался валяться в пыли. Коломин, раскачавшись, отцепился от потолка и запрыгнул на пятый этаж.
— Отойду поссу. Я быстро, — бросил сообщникам один из террористов, и сразу же огрёб прикладом от Ярослава. Коломин быстро затащил оглушённого противника в туалет и запер в одной из кабинок. Подошёл к вентиляционной решётке и приветственно постучал по ней.
Когда капитан отодвинул решётку, прятавшийся в отдушине сантехник чуть не попал правоохранителю гаечным ключом по голове. Развеяв все недоразумения, Ярослав сопроводил обрадованного спасением мужчину под ручку до уже знакомой лестницы.
— В двести сорок первом кабинете собираются оставшиеся наши. Активной трусцой, но без лишнего шума. Не забегать на ненужные этажи. Перед тем, как зайти на пролёт третьего этажа отсчитаете пять секунд. Как рванёт, продолжаете дорогу. Берегите себя! — вновь наставлял Коломин.
— Вы чудо, товарищ капитан! — прошептал сантехник. — Простите, что чуть не разбил вам голову: нервы…
Отпустив мужчину, Ярослав вернулся в коридор пятого этажа и добежал до туалета в противоположном крыле. Как только навстречу ему вышла пятёрка террористов, Коломин скрылся в уборной и истратил второй магазин на решётку отдушины. Пока боевики в нескольких метрах пытались понять, откуда исходил неестественный шум, Ярослав тихо убрал повреждённую решётку и сиганул в вентиляцию. Здесь оказалось достаточно узко, но среднестатистический человек при определённых усилиях протиснуться бы смог. Капитан спустился на уровень четвёртого этажа, перезарядился и отстрелил вторую решётку. В этом туалете почему-то забыли закрыть воду, и вода одного из кранов маленьким ручьём хлестала на пол через край раковины. Прохлюпав по приличной луже, Коломин высунул голову в коридор, оценил обстановку и вбежал в открытый кабинет напротив. Радикалы ранее зачистили это помещение, расстреляли трёх партийных, но вскоре покинули его.
Ярослав подошёл к нужному шкафу и открыл его дверцу. Прятавшаяся внутри девушка вскрикнула, подумав, что перед ней боевик. Коломин успокоил служащую и проинструктировал её так же, как и предыдущих заложников.
— Т-товарищ, милиционер, они… они расстреляли, кто хоть как-то состоял в партии. Я т-тоже член КПСС, мне нельзя им п-показываться. Я как красная тряпка для быка… — перед выходом из помещения девушка несколько заупрямилась.
— Останешься, расстреляют наверняка. А я в любом случае спасу. — Ярослав схватил функционерку за предплечье и повёл за собой.
Ближайшая лестница использовалась боевиками слишком активно. Поэтому Коломин проводил заложницу более длинным путём: пробежал с ней по коридору и отвёл к первой лестнице. Затем приказал осторожно идти в кабинет № 241 к другим. Оставались системный администратор, председатель райисполкома и… две огромные группы людей в совершенно разных помещениях.
Однако не успел Ярослав и приблизиться к серверной, как краем уха (или, может быть, «краем» «Зевса») уловил испуганные вскрики, подозрительный свист и характерный лязг затвора.
Так могли стрелять только автоматы «Вал».
Глава XI. «ГАММА» ПОКИДАЕТ ПОЛУТЕНЬ
Допустимо ли искоренять злодейство, убивая злодеев? Но ведь это значит умножать их число.
Б. Паскаль.
Три ряда серверов едва слышно пикали и жужжали. Крутились кулеры, уютно мигали лампочки и светодиоды. Толстые мониторы давали дополнительный свет своими выпуклыми экранами. Мотки проводов разного цвета скручивались в единое целое и толстыми лианами поднимались к потолку, где закреплялись под толстыми стальными сетками. Молчали стационарные теле- и экранофоны. Всё казалось необычайно мирным, будто снаружи помещения и не происходило никаких трагических событий.
— Я ничего здесь не сделаю. Никогда не думал, что у какого-то райисполкома будет такая навороченная защита. — Хакер террористов, опершись на одно колено, что-то интенсивно вбивал на лэптопе «Заря».
— Зря мы сегодня провернули акцию. Нам всем конец, это очевидно, — второй боевик беспокойно расхаживал туда-сюда. — Действовали бы точечно, подпольно, как раньше: это было бы гораздо эффективнее. Слишком много крови, шума и грязи, теперь от нас отвернутся даже самые преданные сторонники.
— Наша идея будет жить вечно, а дело продолжат другие угнетённые. Мы Гидра Революции: капиталисты срубят одну голову, вторую — завалят своими грязными миллиардами, третью — запугают, но оставшиеся головы не предадут борьбу и лишь раззадорят её пламя ещё больше. Так писали наши великие Учителя. — Хакер не отвлекался от экрана «Зари». — Мы знали, на что шли. Подлая ликвидация Гранта не должна была остаться без возмездия.
— Мы даже не знали, кто и из-за чего это сделал, — возражал второй боевик. — А теперь вся организация раскрыта и, когда нас убьют, палачи выйдут на след остальных «спящих» агентов и просто на тех людей, кто нам хоть так или иначе значительно симпатизирует. Успешно расследуют прошлые акции.
— Кто-кто сделал? — передразнил хакер. — Менты или чекисты, кто ещё мог такое вытворить?
— Может, Грант играл в какие-то игры на стороне, вдарился в тёмные дела без нашего ведома и согласия? — Сообщник продолжал сомневаться. — И ликвидировали его вовсе не МВД или КГБ?
— Товарищ, прекрати наводить тень на его память! Грант был самым заботливым вождём и одновременно самым преданным Революции соратником… — Хакер впервые отвлёкся на экран, взглянув на своего собеседника.
В следующий момент сообщник дёрнулся и отлетел к противоположному серверу, кровавая аэрозоль на миг проявилась в воздухе. Хакер загнанным зверем метнул руку к пистолету. В следующий миг на экран и клавиатуру его лэптопа брызнули крупные кровавые капли.
Сидящий под полом в техническом коридоре системный администратор шестым чувством уловил неладное. Террористы резко замолчали, кто-то упал — убийства он не видел. В серверной повисла звенящая тишина, время от времени до человека доносились лишь едва заметные технические звуки больших приборов. Сисадмин поправил кепку, украшенную значком государственного флага во всю переднюю сторону головного убора, и исступлённо уставился в пол-потолок, боясь шелохнуться. Кто-то тяжёлый грузными, но негромкими шагами медленно перемещался в полутора метрах выше.
Внезапно из-за угла, рядом с которым сидел работник, бесшумно вылетела рука в плаще и ладонью закрыла ему рот. Сисадмин оказался умным человеком и не вскрикнул. Незнакомец со странным прибором вроде лыжных очков прислонил палец к носу, показывая жест «тихо!». Системный администратор кивнул, мол, понял. Ярослав поманил сотрудника исполкома за собой, перемещаясь на карачках: в техническом коридоре под полом невозможно было встать в полный рост.