-- Куда прешь! - грохотнуло над головой. В хлынувшем следом потоке слов эти два оказались самыми пристойными.
Аккали осмотрелась и нашла себя стоящей в центре куцых домов, наползающих один на другой. О том, что стоит в луже, Аккали поняла немного погодя, когда сырость в сапогах дала о себе знать. Архата отошла, безуспешно поискала взглядом новое убежище. Снующие люди не обращали на нее внимания, но беглянка чувствовала чей-то взгляд. Взгляд, хлещущий спину плетью. Ее нашли? Она повертелась волчком, ощущая себя собакой, пытающейся поймать собственный хвост.
"Если ты догнал меня - почему не выходишь?" - мысленно обратилась к невидимому наблюдателю.
Не зная, кто из двоих оказался достаточно наблюдателен и удачлив, Аккали внутренне готовилась к наказанию. Но наблюдатель не торопился показываться, напротив - чем больше Аккали ждала его появления, тем отрешеннее становился его пристальный взор.
И, когда она начала верить, что обозналась, невидимое проявило себя.
Он стоял всего в десятке шагов: на фоне тусклого окна фигура в поникшем плаще походила на отощавшую летучую мышь. Аккали не видела лица незнакомца, да и сними он капюшон - не смогла бы рассмотреть. Но она чувствовала его. Узнавала в мелочах, известных лишь ей. Кровь в ее венах отчаянно завибрировала, превратив их в струны, на которых воспоминания сыграли боль. Не может быть... От неожиданности Аккали едва не забыла дышать - в горле стало сухо, комок застрял где-то на уровне кадыка, мешая сглотнуть отчаяние.
Человек пошевелился. Короткий взмах рукой, которым он подозвал собеседника. Ничтожная малость, по сравнению с тем, что делали его руки раньше, но архата с трудом сдержала крик. Почему он тут? Как?
Одно из окон на верхнем этаже озарилось тусклым светом. Грязно-желтый луч на мгновение осветил переулок, выхватил из собеседника. Тот поежился, словно морлок под Благодатным светом, попятился прочь. Тот, кого она узнала, схватил его за руку и волоком потянул за собой обратно в тень. Но Аккали все-таи успела рассмотреть часть символа на его плаще. Память назойливо зудела, подсказывая, что она уже видела подобный, сосем недавно. Казалось - только чуть-чуть напрячься, скинуть усталость и напрячь память, и она...
-- Вот ты где... - прошипел откуда-то из-за спины знакомый марашанский говор.
Вслед за этим Аккали почувствовала железную хватку на запястье, рывок. Взгляд отчаянно цеплялся за человека в плаще, но голова метнулась в сторону марашанца. От натуги хрустнула шея, на несколько мгновений мир скрыли белые и алые пятна чернил. Воспоминания превратили их в силуэты без лиц. Марашанец "угостил" ее оплеухой.
-- Отпусти меня! - архата дернула руку на себя, но добилась лишь того, что пальцы пленителя сжались сильней.
-- Не хорошо убегать, не выполнив обещаний, - сипло, словно слова доставляли боль, ответил Дору и вторая его рука легла ей на затылок.
Можно было бы сказать, что она заблудилась, потерялась в толпе. Или что ее пытались украсть. Но единственно, о чем думала Аккали - человек в плаще, человек из прошлого. Тот, кого она поклялась сжечь и чье сердце пообещала скормить крысам.
Ладонь Дору на затылке мешала оглянуться, а марашанец, между тем, силой заставил ее положить голову себе на плечо. Аккали кусала губы, плакала, но не могла произнести ни звука.
"Отпусти меня, прошу! Я отыщу твою душу даже если она ушла во Мглу, только дай мне узнать и убить его!"
Ни звука не сорвалось с губ.
За спиной наемника появилась гигантская фигура Фантома. Ярость угадывалась в каждой складке его лица. Но даже захоти он разорвать непослушную на куски - она не противилась бы.