Красный Вервольф — 5
Глава 1
— Да-да, я вас знаю! — в голосе Зиверса зазвенели торжественные нотки. — Вы же служили у покойного графа Сольмс-Лаубаха! — Он перешел на русский. — В СД с ног сбились, в поисках переводчика Алекса Волкоффа, а он в здешнем захолустье ошивается!
Шарфюрер недоуменно переводил взгляд с фальшивого гауптштурмфюрера на меня и обратно. Кобура с пистолетом все еще лежала на столе и добраться до нее шарфюрер не успеет точно.
— Молчите, герр Алекс? — глумливо осведомился Зиверс. — Или как прикажите вас теперь величать?
Я сделал вид, что под тяжестью разоблачения мои плечи поникли, а живот прихватило. Прижав к нему левую руку, я согнулся пополам, правой выхватывая из-за голенища заточку.
— Именуйте меня Красным Вервольфом! — процедил я.
Не знаю, успел ли этот липовый гауптштурмфюрер удивиться. Во всяком случае, арийские свои глазенки он выпучил, но это от того, что заточка проткнула ему горло. А вот шарфюрер — успел, но ненадолго. Он вдруг захрипел, лицо налилось нездоровой краснотой. И вместо того, чтобы рвануться к заветному «Вальтеру», он вдруг вцепился пальцами в воротник, закатил глаза и рухнул прямо под ноги своему начальству. Ноги его несколько раз конвульсивного дернулись, и старик затих.
Я заботливо наклонился к нему, пошлепал по щекам, потом приложил пальцы к шее, в поисках ниточки пульса. Готов. Апоплексический удар. Видать, этому пожилому фрицу и раньше нездоровилось. Появление во вверенном ему собачьем хозяйстве герра Зиверса, а пуще всего — скоропостижная кончина последнего завершили естественный процесс медленного умирания во славу Рейха. Что ж, фриц, туда тебе и дорога. Спасибо, что не пришлось с тобою возиться.
Однако перед тем, как за тобой и твоим боссом из Вальгаллы прибудут валькирии, вы оба сослужите мне добрую службу. Выдернув из кармана носовой платок, я тщательно протер лезвие заточки, затем этим же самым платочком обернул рукоять эсэсовского кортика, который висел в ножнах на поясе у покойного генсека Аненербе, извлек ножичек и аккуратно сунул его в скрюченные пальцы шарфюрера. Заточку пришлось спрятать до времени в выдвижной ящик стола. Игру я затеял весьма рискованную, но она стоила свеч. После убийства Зиверса мне нельзя просто так смыться. Если я, конечно, хочу продолжать служить Родине, а не ныкаться по лесам.
Придав телам дохлых фашистов соответствующее разыгравшейся драме положение, я отпер кабинет, выскочил из него и заблажил, что есть мочи:
— Помогите! — на немецком, само собой.
Застучали сапоги и вскоре в кабинет ворвалась охрана. Меня отпихнули в сторону. Уставились на трупы, один из которых был к тому же в мундире гауптштурмфюрера. Ближайший ко мне солдат рявкнул, приказав поднять лапы вверх, но этим и ограничился. Послышались решительные шаги, и к нам присоединился мой дедуля. Увидев дохлого Зиверса, он побледнел, обвел диким взором помещение, узрев меня, попытался что-то то ли спросить, то ли приказать, но челюсти его клацнули, не в силах выдавить ничего, кроме нечленораздельного воя. Видя, что Анхель Вольфзауэр не в силах сформулировать вопрос, слово взял фельдфебель из охраны:
— Что здесь случилось⁈
Ну наконец-то!
— Я-я… Не знаю… — залопотал я. — Господин офицер изволили показать господину шарфюреру свой ножик… Тот взял его и… Захрипел вдруг, затрясся… Упал на господина офицера… И потом… Они оба упали… Вот…
— Это похоже на правду! — вдруг произнес Анхель.
Я взглянул на него с изумлением. Куда только подевался этот испуганный гражданский — бледный, с клацающими зубами? Так быстро оправился, или его смятение лишь хорошо разыгранная пантомима? Да кто ты такой, милый дедуля⁈ Было бы глупо тебя прирезать, так и не узнав твоей тайны. А она у тебя есть, по глазам вижу. Да и не стала бы баба Нюра якшаться с обычным нацистским ублюдком. Она скорее бы в петлю влезла. Ведь я ее знаю. Значит, я обязан выяснить подноготную этого молодца. Как ни крути, а нас с ним связывают кровные узы.
— Герр Вирхов был болен, и когда ему становилось худо, не мог контролировать свои движения.
Для кого это он говорит? Для солдат или для меня? А если для меня, то что он этим хочет сказать? Бляха-муха, головоломка! На кой черт она мне сейчас?
— Шарфюрера отнесите в погреб! — все более крепнущим голосом распорядился Анхель. — А гос… гауптштурмфюрера положите в машину, на которой он приехал. Его надо будет отвезти в Плескау. Пусть тамошняя служба безопасности разбирается.
Опа! Он не назвал Зиверса по фамилии, значит, уверен, что солдаты во главе с фельдфебелем не знают, кто этот дохлый эсэсман. И судя по тому, что фрицы засуетились, исполняя приказания, Вольфзауэр здесь в авторитете. И не исключено — что в чине, просто погонами в обычные дни не светит. Солдафоны выволокли трупы и мы с дедулей остались вдвоем. Я молчал, наблюдая за ним. А он обошел кабинет, подошел к столу и вдруг дернул на себя ящик стола, куда я засунул заточку.