- Стой – стой – стой, погодите, не стреляйте! – запоздало я поднял руки вверх, и браслет блеснул алым кровяным цветом у меня на руке. Зареб опустил лук и протёр глаза.
- Майра, это то, о чём я думаю? Или это подделка, и вас надурили?
- Это точно Нарукавник! А это Красный Воин! Он правда может призывать оружие и видеть Вардаров под личинами! Он нас спас!
Кажется, моя персона очень уважаемая в этом лагере, потому что Зареб просто брякнулся с дерева от шока.
- Проверить… Надо проверить… Ждите здесь, я за Грамом! Святая Мирра, неужели дождались… Красный Воин… - И Квартр, ловко вскочив на ноги, как ни в чем не бывало, побежал вглубь леса. Теперь присвистнул я.
- Он всегда как кот приземляется на лапы в падении?
- Так он и есть Квартр – кот. Естественно, он так умеет. Мама у него была из Фелисов, но её казнили вместе с нашим отцом. Он на три года нас старше и был тем еще обормотом среди детей – сирот, а теперь вон, важничает, что взрослый!
- Ну так… А что дальше?
- Зареб сделал все по инструкции – во время неожиданности и непонятного он зовет старшего по обороне Грама. Грам у нас был при историческом храме, он точно подтвердит, что у вас настоящий Нарукавник. Не волнуйтесь, всё будет хорошо!
И в этот же момент из кустов и из-за деревьев вылетели Зверолюди с топорами и копьями и взяли нас в кольцо. Как-то по такому приветствию слабо верится, что всё будет хорошо, вы так не думаете?!
- Товарищи, прошу прощения, сами мы не местные, нам бы копеечку на билет до дома… - Ёлы-палы, что я несу с перепугу? Айн и Майра просто обалдели и решили взять ситуацию в свои руки: - Зареб уже пошел за Грамом! Мы привели Красного Воина! Мы можем поручиться за него!
- А ну-ка дайте мне посмотреть на этого «не местного» - раздался голос из-за спин Зверолюдей, и уже знакомый Квартр пришел с матёрым седым волком. Я чуть не крикнул «Акела, ты ли это?!», но вовремя остановился, а Зверочеловек – Волк подошел к нам поближе и стал внимательно смотреть на меня. Я же невольно увидел все шрамы на его… Лице? Морде? Как же сказать-то правильно, чтобы его не обидеть? Люпус же тем временем глухо проговорил:
- Руку правую покажи, Человек. А то кто его знает, что ты нацепил вместо Нарукавника Красного Воина.
В армии не служил, но это прозвучало не сколько как просьба, сколько приказ, поэтому я тут же вытянул руку и согнул в локте, демонстрируя эту треклятую штуковину. Волк что-то прошептал удивлённо, потом поднял на меня глаза и спросил:
- А оружие можешь вызвать? – в голосе этого Зверочеловека зазвучали нотки надежды. Ну, раз почтенная публика просит, отчего бы не продемонстрировать? Клинок словно ждал команды, чтобы прыгнуть ко мне в руку из воздуха, и я показал его Волку. Опытными твердыми лапами Акела… То есть Грам аккуратно взялся за меч и внимательно его рассмотрел. Народ вокруг уже давно опустил оружие и поднялся на цыпочки, ловя каждый вздох своего командира. Видимо, все ждали команды – казнить или помиловать, потому что наверняка Зверолюди и Квартры не могли сказать, кто я. Минуту спустя Грам выдохнул с облегчением:
- Слава Мирре и Буревестнику… Это действительно Красный Воин.
Тут же меч исчез у меня из руки, потому что затыкать уши рукоятью не очень удобно – хор голосов вокруг орал так, как на параде Путину военные «Ура» не кричали! Кажется, эти ребята уже очень долго ждали моего пришествия, потому что Зверолюди радостно обнимались и воздавали хвалы своим богам, тряся возбужденно оружием. Невольно почувствуешь себя звездой, если бы мне не надо было вести этих демонстрантов на бунт на броневичке. Блин, а ведь у них и броневичка – то нет даже! Не быть мне дедушкой Лениным на демонстрации! Зато и тётя Каплан не застрелит. Не застрелит же, да?
Через час я уже был пристроен в пустующую избушку в лагере. Грам лично похлопал меня по плечу, пока я затыкал уши, и объявил праздник в мою честь, отчего хор грянул во второй раз. Уже всей толпой мы прошли вглубь леса, где оказались вполне крепкие частокол и ворота, открытые нараспашку. Надо признать - не зная направления, любой человек бы заблудился в этом лесу, или пал от стрелы таких дозорных, как Зареб. За частоколом оказалась естественная большая опушка, в которой были пристроены многоэтажные избы. В лагере было полно народу, и не только мужчин с оружием. Женщины и дети вышли из домов, а дозорные и радостные бежали к ним и кричали о моём приходе, после чего ликование перешло в новую стадию, а Айн и Майра радостные побежали к ребятне с той самой сумкой с едой.