— Бросить его вместе с катером? — Предложила Ва после посадки в горах.
— Не знаю. — Ив колебался. — Мне показалось, он узнал меня. Кто он?
— Ну, ещё бы он тебя не узнал! Это же лорд Ош. Он-то точно знает, как ты выглядишь; ведь это ты забрал его и лорда Орина с Пскема.
— Понимаю… — Пробормотал Ив, глядя на лорда Оша уже совсем другими глазами. — Он специально сделал всё это, чтобы помочь нам! И нам нельзя бросать его. У меня к нему много вопросов.
— Тогда сделаем вот что…
Несложная операция по извлечению крохотного передатчика из-под кожи предплечья заняла у Ва несколько минут. Гордясь собой, она осмотрела место, где только что была почти незаметная ранка:
— Как новенький! — Ввести тот же передатчик под шкурку только что пойманного Ивом зверька оказалось и того проще. — Пусть теперь побегают за своим послом! — После чего Ив взвалил кинтанианина на плечо, и они поспешили скрыться среди скал.
Головная боль, которую Ош почувствовал, приходя в себя, была сама по себе ощущением выдающимся: такого жестокого похмелья он не помнил! Такое было ощущение, что он лежит на каких-то камнях, а руки и ноги страшно затекли и не слушались, не смотря на все его усилия. Не сразу он сообразил, что и в самом деле лежит на камнях, а руки его связаны, и связаны надёжно. Тут же он вспомнил, как именно и благодаря кому очутился в таком положении, и поморщился. Надо же было так встрять! Но кто этот мероканец, так похожий на Ивайра? Ради кого он, как последний идиот, подставился и похерил остатки возможностей?
— Кажется, он шевелится. — Сказал по-мерокански женский голос.
— Пора бы уже. — Ответил мужской, незнакомый. — Я уже начал волноваться.
— Нежный какой. — Хриплым голосом страдающего от жажды пьяницы произнёс Ош. — Волноваться он начал! Тогда дай воды, скотина.
— А повежливее нельзя? — Голос мероканца прозвучал холодно.
— А мне уже всё равно. — Почти весело произнёс Ош и повернулся на спину. В руки впились ремни и камни, но это были на самом деле мелочи. Это было, как выпасть из воздушного трамвая: всё равно разбиваться, так хоть насладиться полётом.
— Руки развяжи. — Потребовал он, когда мероканец подошёл к нему с водой. — Нечего поить меня, как щенка маре, я не сбегу.
Растерев после освобождения запястья рук, Ош с наслаждением напился и огляделся. Место для укрытия мероканцы выбрали почти идеальное: пещера в ущелье, надёжно укрытая от всех средств слежения огромными нагромождениями скал. Энергетическое оружие они тоже выбросили или где-то спрятали до поры. И правильно сделали. Волки! Самонадеянно положившись на собственные силы, они даже от элементарных средств безопасности избавились. И избавили его. Обнаружить их теперь обычным способом было практически невозможно, так же, как и местных. Нащупал место, где был спрятан передатчик: даже это они учли! Не смотря на злость, он проникся к мероканцам уважением. Встал, вышел из пещеры на свежий воздух. Из зарослей колючего, но очень живописно цветущего кустарника вытекал чистый звонкий ручей. Ош умылся из него, плеснул за ворот, и, почувствовав себя лучше, но и злее, выпрямился и замер над водой. Его снедало желание поквитаться — неизвестно, за что, зато понятно, с кем. Словно нарочно, мероканец вышел тоже и остановился в двух шагах. Ош снова плеснул водой в лицо, пятернёй пригладил, убирая назад, длинные волосы, и без предупреждения, без единого звука, бросился на мероканца. Но, не смотря на неожиданность атаки, мероканец смог уйти от смертоносного удара. Не останавливая движения, Ош развернулся к нему и ещё в движении перегруппировался для смертельного удара ногой, коронного удара кипов. Но мероканец опять увернулся, и нога Оша с такой силой ударила в скалу, что в сторону отлетел хороший кусок камня. Лодыжку пронзила острая боль, но Ош удержался на ногах, правда, слегка отступив, пережидая боль.