За ночь Ош успел много раз прокрутить в воображении всю их встречу, все возможные её варианты, сам сочинил все их взаимные реплики и поверил в них, и смертельно обиделся. Смертельно обиженный и холодный, как самый заснеженный пик самой высокой горы, отправился он на встречу с Командором мероканского флота, но в первый же миг всё пошло не так, как он ожидал.
Во-первых, Тарва была одна и не в форме. Повседневная мероканская одежда — узкие брюки, короткая обтягивающая маечка и куртка, — делали её моложе, женственнее и милее. Волосы она оставила свободно лежать по плечам и спине, и красота этих волос ослепила Оша… до того момента, пока он не заметил ещё кое-что, от чего у него просто захватило дух. На самом видном месте, на вороте куртки у неё был прикреплён маленький цветок ветра. Нет, в такие совпадения Ош не верил! Этот сувенир с Бэты был редким, стильным и бешено дорогим. К тому же, всё, что Ош знал о Тарве, опровергало мысль о том, что она может нацепить на себя такой сувенир просто так. Она не носила никаких аксессуаров, ни серёг, ни колец, ни цепочек, ничего. У неё не было даже модной среди Волков татуировки на плече — это Ош знал точно. Но цветами ветра были декорированы апартаменты Анны на Грите, и как-то она даже сказала, что сделает их своей визиткой, если попадёт в Союз. И Ош хорошо это помнил.
— Рад видеть тебя. — Сказал Ош, мигом забыв все свои обиды и злые мысли. — Ты так хорошо выглядишь, когда не в форме. Но и удивлён слегка, если честно. Что тебя привело сюда?
— Меня до сих пор мучает совесть за то, как я подставила тебя.
— Только попроси меня о прощении, и я мгновенно тебя прощу. — Сказал Ош. Он был искренен: достаточно было самой небрежной её просьбы, чтобы он сделал что угодно. Но она уловила издевку и начала горячо оправдываться:
— Я не так отвратно бессердечна, как ты думаешь! Я на самом деле переживала, и тогда, и теперь. Ты, возможно, не знаешь этого, но реанимацию вызвала я. Ты можешь мне не верить, но я была там, за дверью, и готова была ворваться и силой отбить тебя у них, если бы они сами не попытались тебя спасти. Наверное, мне следовало сделать это. Тогда, по крайней мере, ты не думал бы обо мне так, как думаешь.
— Спасибо. — Сказал Ош. Ощущение счастья усилилось и затопило его с головой. Он никогда бы не поверил, что может быть счастлив так, как теперь, и что все его мучения последних месяцев от нескольких слов превратятся в ничто. Но так и случилось. Он был счастлив, как никогда в жизни. — Я действительно не знал этого. — Он уже не сдерживал улыбку и был близок к тому, чтобы расчувствоваться. — Мне никто не рассказывал подробностей.
— Знаешь, — на миг Тарва, покорённая счастливым выражением его лица, сама расчувствовалась, — я на самом деле и предположить не могла, что всё это всерьёз и что тебе позволят совершить эту гадость. Я, наверное, просто никогда не пойму до конца вашего отношения к жизни. Я поняла, как на самом деле подставила тебя, только тогда, когда увидела, как тебя выносят из той комнаты. Не поверишь, но я плакала потом. Ты так и стоял у меня перед глазами много дней. Очень много. Я не железная, лорд Ош. Я человек, как все, и у меня нормальные человеческие чувства в груди, хоть ты, наверное, и думаешь иначе.
— Я так не думаю. — Сказал Ош. — Честное слово, я всегда думал о тебе, как об очень… очень нежной и хрупкой женщине.
Тарва мгновенно ощетинилась, чего он совсем не ожидал. Выражение, сделавшее его таким счастливым, тут же исчезло с её лица. Ему и в голову не могло прийти, что теперь больно сделал он ей. Но перемену он уловил мгновенно, и на его лицо тоже легла тень. Она демонстративно потрогала цветок ветра, и на несколько секунд задержала его взгляд в своём. Он увидел там «Да» в ответ на свой немой вопрос, снова улыбнулся, взгляд на миг затуманился каким-то приятным воспоминанием. Сказал:
— Давно я не чувствовал себя так легко.
— Как тебе твоя должность?
— Кажется, я и её лишился.
— Опять?!
— Двое мероканцев, замешанные в эту отвратную историю на Въерре, сбежали, и я повинен в их бегстве. Одна из них — Ва Вера. — Ош понимал, что их подслушивают, и сознательно сжигал за собой мосты.
— Ва?! — Тарва вскочила. — Где она?
— Понятия не имею. Они захватили меня в заложники, и бросили в горах. Куда они направились дальше, я даже не представляю. Но у меня есть кое-какие соображения на этот счёт. Скорее всего, они направятся в сторону копей на северо-востоке, чтобы захватить там челнок. В космосе они могут попросить помощи у мероканцев, и захватить их по-тихому особисты уже не смогут. — Он отметил про себя, что Тарва не обратила внимания на слово «они» и не спросила, с кем была Ва — а значит, она прекрасно знала это. Значит, мероканцы уже знали о Грите, и даже были на нём. И тайну хранить скоро будет уже не нужно. Это принесло и облегчение, и боль. Скоро станет ясно, что в его молчании действительно не было вреда Кинтане, и что поступить иначе он просто не мог… но всё равно молчания ему не простят. Вреда не было, но если бы он не промолчал, выгода была бы очевидна.