Он изучал меня, и, судя по его нахмуренному лицу, я боялась, что он откажется. Но наконец он медленно кивнул. Воодушевленная тем, что лед наконец-то тронулся, я сделала глубокий вдох и начала.
— Ты бывший военный, вероятно, армеец или морпех, но точно из спецназа — ты умеешь обращаться с оружием, но ты слишком... — я махнула на него рукой и склонила голову. —...похож на преступника, чтобы быть копом или типа того. Тебе нравится природа, потому что она не огрызается и не задает глупых вопросов. Она просто есть, и тебе нравится простая, но суровая жизнь здесь. Это выживание. Все логично. У тебя были проблемы с законом — да, это очевидно, знаю, — но в твоих глазах есть взгляд человека, который прошел через какую-то темную сторону человеческой порочности — либо тюрьма, либо, может быть, что-то еще, — держу пари, что наручники для тебя не в новинку. Я не думаю, что ты насильник, потому что сильно сомневаюсь в этом, да и по твоим собственным словам, у тебя нет проблем с тем, чтобы затащить женщину в постель, — я склонила голову набок.
Его лицо было тщательно скрытой, непроницаемой маской, но опасные тени в его глазах говорили о том, что я ступаю по тонкому льду. — А еще я думаю, что ты пережил какую-то потерю...
— Достаточно, — тихо сказал он.
Я посмотрела на него, оценивая его настрой. Я задела за живое, возможно, даже не один раз.
— Я еще не закончила, — тихо произнесла я.
— Нет, закончила.
— Разве тебе не интересно узнать, за что, по-моему, на тебя надели эти наручники?
— Нет, — отрезал он.
Он встал у костра и, хмурясь, отвернулся и ушел в темный лес. Он быстро исчез в тенях, и чувство победы, которое я испытывала, испарилось. По крайней мере, я знала, что большинство моих выводов о нем были верны, но это не принесло мне того удовлетворения, на которое я рассчитывала. Скорее, это лишь заставило меня еще больше задуматься о том, с кем я делю палатку.
Позже, когда он все еще не вернулся, я заползла в палатку и легла на самый край. Наверное, лучше было не лезть дальше — особенно учитывая, что, по моему мнению, он оказался в наручниках за убийство.
6
ГРЭМ
На следующее утро я понял, что мы оба ощущаем физические последствия аварии. Все мое тело было сплошным кровоподтеком, и, судя по всему, Кэйлин чувствовала себя не намного лучше. Ее лоб был нахмурен, словно она пыталась сдерживать боль, и сегодня она ступала более осторожно. Каждый шаг давался с трудом, поэтому через несколько часов я решил сделать привал и дать нам немного времени на отдых.
— Мы останавливаемся? — спросила она, пока я устанавливал палатку. Я кивнул.
— Хочу дать нам немного дополнительного времени, чтобы восстановиться после аварии, — сказал я.
По ее лицу скользнуло облегчение и она пошла за дровами — задачей, которую она, похоже, взяла на себя. Место, которое я выбрал для лагеря, находилось у большой реки с крутым лесистым холмом на противоположном берегу. Оно было красивым — из тех мест, куда бы я поехал на выходные, чтобы порыбачить или побыть в одиночестве. Вот только жаль, что я был здесь не так хорошо подготовлен и, увы, не один.
Как только лагерь был разбит, Кэйлин обессиленно опустилась на землю. Она выглядела изможденной и бледной, и я настороженно ее изучал. Возможно, я слишком гнал нас вперед последние два дня. В обычных условиях это было бы нормально, но мне следовало помнить, что наши тела только что прошли через сущий ад. Я оставил Кэйлин разводить костер, а сам отправился в лес на поиски трав. Я хотел найти что-нибудь для наших открытых ран и, если повезет, какое-нибудь обезболивающее.
Пока я искал растения, я вспоминал вчерашний вечер и то, насколько точной оказалась Кэйлин в своих оценках меня. Неужели я действительно настолько предсказуем? В смысле, если не считать части об отсидке — мои тени были рождены из вещей куда более мрачных, — она многое угадала. Она была из тех женщин, за которыми я бы волочился в баре в молодости. Секс-бомба с острым язычком, способным держать меня в тонусе и делать все интересным. Но мы были не в баре, она была помолвлена, а я... ну, я был тем, кем был.
Я вышел к небольшой излучине реки, где вода стекала в более спокойную заводь у берега. Интересно, удастся ли мне поймать рыбу. Это стало бы отличным дополнением к нашему рациону из батончиков мюсли. По мере того как наши запасы истощались, мне нужно было поскорее придумать, как добыть нам немного белка и жира. Батончиков уже было недостаточно, и я чувствовал, как с каждым днем мои силы тают. Я взял палку, заострил конец ножом и вошел в воду. Вскоре мне удалось поймать трех рыб, я выпотрошил их, нанизал на ветку и понес обратно.