Услышав шорох кустов, я нырнула за дерево как раз вовремя, чтобы увидеть, как мимо проходит другой мужчина, не тот, с которым я говорила. Его губы были искривлены в жестокой усмешке, а на лице виднелись следы от царапин. Меня окатило волной чистейшего зла, и я затаила дыхание, пока он проходил мимо. Что-то подсказывало мне: это не тот человек, чье внимание я хотела бы привлечь. Лишь когда он скрылся из виду, я вышла из своего укрытия.
Несколько минут спустя я услышала плач и осторожно выглянула из-за куста. Я увидела женщину, прижатую к дереву, и мужчину, который жестко трахал ее сзади. Она была вся в грязи и покрыта следами от ударов плетью. На глаза навернулись слезы, я не могла смотреть на ее страдания, но когда я повернулась, чтобы уйти, одна рука зажала мне рот, а другая обхватила за талию. Я вскрикнула и попыталась лягнуть его.
— Я не знал, что мой зайчик любит смотреть, — прошептал знакомый голос мне на ухо. Я со всей силы наступила ему на ногу и резко откинула голову назад, ударив его по лицу. Он крякнул, когда я попала ему в нос, и ослабил хватку ровно настолько, чтобы я смогла вырваться. Адреналин заставил сердце бешено колотиться, когда я снова пустилась бежать.
Мне казалось, что я очень долго никого не видела. Я не останавливалась. Всякий раз, когда мне нужно было перевести дух, я пряталась в кустах, прикрывая спину. Я знала, что моя удача в конце концов иссякнет, и я начинала уставать. Перед глазами мелькали звезды всякий раз, когда я вставала слишком быстро, а зрение порой темнело по краям. Я не ела уже больше двадцати четырех часов, и от голода у меня кружилась голова и темнело в глазах. На меня накатила волна головокружения, и я ненадолго остановилась, прислонившись к дереву, чтобы не упасть, когда услышала движение позади себя. Я обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть преследовавшего меня мужчину, который подошел вплотную и попытался меня схватить.
— Нет! — пронзительно закричала я и каким-то чудом отскочила в сторону.
Его пальцы лишь скользнули по моему запястью, прежде чем я неуклюже споткнулась о корень дерева и врезалась в ствол. Я вскрикнула, когда он схватил меня, и мы повалились на землю; он оказался сверху. Я отбивалась, но он был слишком тяжелым, и я чувствовала, как мои силы стремительно тают.
— Устала, любовь моя? — тяжело дыша, произнес он с победной усмешкой.
Он уселся на меня, прижавшись бедрами к моим, и провел рукой по волосам, пытаясь отдышаться. Я одарила его испепеляющим взглядом и нанесла неуклюжий удар ему в челюсть. Он замолчал и опасно посмотрел на меня сверху вниз на мгновение, прежде чем его глаза посветлели, и он рассмеялся. Мое лицо вспыхнуло от гнева.
— Ты ведь никогда раньше никого не била, верно? — констатировал он.
Он схватил мою руку, и хотя я пыталась вырваться, его хватка сомкнулась на моем запястье, как тиски. Он сжал мой кулак, заправив большой палец внутрь, а затем снова поднес его к своей челюсти.
— В следующий раз делай это вот так, — сказал он.
Вместо того чтобы ударить его в челюсть, я ударила его между ног. Он зашипел от неожиданности и ослабил давление ровно настолько, чтобы я смогла выскользнуть из-под него. Я попыталась подняться на ноги, но ошейник активировался, и я рухнула обратно, пронзенная болью. Разряд прекратился, и я осталась лежать, тяжело дыша.
— Что ж, это определенно полезная вещь, — пробормотал он. Он подошел и снова оседлал меня.
— Не... трогай меня, — выдохнула я. Он проигнорировал это и грубо схватил меня за лицо.
— Можешь бить меня в челюсть сколько угодно, любовь моя, но если ты еще раз ударишь меня по яйцам, я буду бить тебя током до тех пор, пока ты не забудешь собственное имя.
Я злобно уставилась на него, и мой взгляд опустился между его ног. Он заметил, о чем я думаю, и его большой палец завис над кнопкой, пока он расстегивал ремень и молнию, а затем достал свой твердый член. Он провел по нему рукой, пристально глядя на меня.
— А мне нравится твой огонек, дорогая, — пробормотал он.
Я попыталась вырваться, но как только мне удалось освободить ноги, он схватил меня за лодыжки и потащил по грязи. Я брыкалась и извивалась, пытаясь вырваться, но мои силы были на исходе, и когда его рука сомкнулась на моей шее и сжала ее, перед глазами поплыли звезды. Его колено раздвинуло мои ноги шире, и его член прижался ко мне; по моим щекам покатились слезы, когда я осознала неизбежное. Я обмякла, когда желание сопротивляться покинуло меня вместе с остатками сил, и мое зрение начало темнеть по краям, пока я тщетно пыталась вдохнуть. Он ослабил хватку на моем горле, и я судорожно втянула воздух.