Доктор пытался задавать Санычу вопросы, но рёв мотора, расположенного практически над головой, позволял общаться, только выкрикивая каждое слово по отдельности, и разговора не получилось. Шлемофон, позволяющий пилоту и пассажиру нормально разговаривать, доктору дать то ли забыли, то ли не хотели, чтобы он задавал вопросы, на которые всё равно не будет правдивых ответов. Так что, с минуту поорав, Юрий Петрович успокоился и принялся за очередную статью.
На этот раз ветер был попутный, и девяносто с хвостиком километров, отделяющие базу от Пензы, автожир преодолел менее чем за 30 минут.
– Жив?! – без шума, издаваемого двумя моторами, голос пилота прозвучал неожиданно громко.
– Жив, Саныч!
– Ну и как тебе полёт?
– Отлично! Практически как в своём кабинете за письменным столом! Правда, есть одно пожелание.
– И какое?
– Сделать бы в перегородке нишу для ног, а то, признаться, измучился свои ходули пристраивать.
– Ясно, учтём. Давай бери журналы и спускайся, тебя там ждут, а я своё дело сделал.
– Куда идти-то?
– Глянь в левый иллюминатор, видишь квадроцикл?
– Кого?
– Вон чёрно-красная тачанка о четыре колеса.
– А, вижу. Странная какая эта ваша тачанка.
– Какая есть. Ты только при водиле так не ляпни, «тачанка», – выделил голосом последнее слово лётчик, – высадит.
– Ладно, Саныч, бывай!
– Давай, док, ещё увидимся.
"Самолёт, автожир, квадроцикл – тут слов-то таких в жизни не узнаешь, не то что прокатиться в один день. Да, скажи кто утром – не поверил бы", – подумал доктор, подходя к ожидающему его экипажу.
Квадроцикл при ближайшем рассмотрении оказался близким родственником мотоцикла, но родственником весьма и весьма странным.
– Бастард, – вынес свой вердикт травматолог, – от фаэтона. Собранный в основном из мотоциклетных деталей аппарат по ширине не уступал автомобилю. А вот кабины не было, два сиденья, установленных поперечно в ряд, прикрывал только плексигласовый козырёк, напоминающий переднюю часть кабины самолёта. За сиденьями была мелкоячеистая клетка, служившая, видимо, багажным отделением.
– Добрый день, доктор. Как долетели? – спросил сидевший за рулём квадроцикла улыбающийся красноармеец, снимая с себя наушники.
– Добрый. Нормально. У вас что, и рация есть? – доктор смотрел на весело блестевшую под лучами солнца антенну.
– Конечно. Куда в современной войне без связи? Сказал, что вижу вас, пусть чайник ставят.
– Вот даже как!
– А вы как думали? Всё по-взрослому. Так что давайте, доктор, берите вон в клетке тулуп, шлем, очки и садитесь. Прокатимся с ветерком.
Прокатились на самом деле с ветерком, точнее, с воем рассекаемого обтекателем ветра и снежным хвостом позади. Гнали они, по словам Коляныча (а именно так представился водитель), со скоростью более чем 50 километров в час. Оказалось, доктору в каком-то плане повезло, такая резвость квадрика объяснялась мощным движком от английского автомобиля Форд Префект. Но начальство решило, что 30 лошадиных сил это слишком много для курьерского транспорта, и в ближайшее время квадроцикл попробуют переделать в грузовой. Что из этого получится, Коляныч не знал, но понятно же, что скорость грузовику урежут по самое не балуй. Вот и отрывался Николай напоследок.
Менее пяти минут понадобилось быстроходной "тачанке", чтобы доехать до добротного трёхэтажного здания, которое язык не поворачивался назвать казармой.
Доктор окинул взглядом двор:
– Тихо у вас тут, как в санатории.
– Разве? – Николай казалось, что всё обстоит с точностью до наоборот: на безлюдном обычно дворе сейчас двумя неравными группами расположились более десятка инструкторов. Примерно столько же человек, наиболее опытные командиры бригады, насколько он знал, были сейчас в здании. Нездоровая суета комсостава объяснялась просто: наконец-то прилетел Командир, которого ждали ещё вчера, и приказал через два часа собраться всем старшим инструкторам для важного сообщения. Сам же с Барсом заперся у себя в кабинете. Два часа прошло, люди собрались и ждут, а сколько ещё ждать, неизвестно. Впрочем, Командир из себя начальника строить не любит, а значит, обсуждают они что-то на самом деле очень важное. Что именно – поди догадайся, вот и нервничают товарищи.
– А вот так! – Коляныч надавил на клаксон и не отпускал его секунд пять.
Ду-у-у-у! Неожиданно низкий звук гудка поплыл над землёй, заполняя пространство двора. "Хулиган", – глядя, как предсказуемо взлетают кулаки стоящих во дворе людей, весело подумал доктор.
"Эх, вот сделают лет через пять такой автожир, чтоб можно было квадроцикл на борт взять, да не такой, как у Николая, а побольше, пассажира на четыре. Можно будет за полчаса-час до любого больного в области добраться и при необходимости за столько же в областную больницу доставить, сколько можно будет людей спасти!"