* * *
Выйдя из своего кабинета, Нина услышала грохот упавшего ведра и возмущенный возглас санитарки:
– Куда? Только вымыла.
К Нине подбежал Павел, схватил ее за руку.
– Ты что задумала? Какой из тебя, блин, хирург? А я-то, дурак, поверил, что ты действительно хочешь ему помочь.
– Оставьте меня, пожалуйста, в покое, – хладнокровно сказала Нина. – Не нервируйте меня перед операцией.
– Не будешь ты ему делать операцию. Я этого не допущу!
Павел побежал к кабинету главврача. К Нине подошла санитарка, покачала головой.
– Ох, Нина, Нина. Как приехала, так мужики вокруг и вьются. Одного красавца с собой привезла, другой следом бежит. Горячий какой. В любви, что ли, объяснялся?
– Почти. Убить хочет.
– О, господи, – охнула санитарка.
К Нине уже подходили взволнованный Павел и обеспокоенный Добров.
– Какая-то медсестра будет делать операцию! – возмущался Павел.
– Нина, ты что, медсестрой работала? – недоуменно спросил Добров.
– Папа, зачем ты ему сказал?
– Папа?! – изумился Павел. – Сговорились!
– Ты просила не говорить Ладыгину, я не думал, что это распространяется и на… – говорил Добров.
– Так Егор не знает, кто его собирается оперировать? Я его немедленно забираю! – заявил Павел.
– Что значит «забираю»? – возразил Добров. – Пациент дал согласие.
– Какое согласие? Когда узнает, кто его будет оперировать, откажется! – уверенно сказал Павел.
– Нина, может, ты объяснишь, в чем дело?
– Я все понял: никакой операции не будет. Фикция! – заявил Павел Доброву и сказал Нине:
– Он же сбежит от тебя, если сможет видеть! Где он?
– Идемте за мной, – хладнокровно ответила Нина и пошла по коридору.
Павел послушно двинулся за ней. Добров стоял, глядя им вслед.
* * *
Нина вышла в вестибюль и обратилась к охраннику, указывая на следовавшего за ней Павла:
– Илья, выведите его, пожалуйста, и больше не впускайте. Он слишком переживает за друга и всех нервирует.
– Пожалуйста, пройдемте, – сказал охранник Павлу, не ожидавшему такого поворота, и так быстро и ловко выпроводил его, что Павел спохватился только, очутившись снаружи, перед запертой дверью. Павел попытался выломать дверь, но ему это не удалось. Нина спокойно смотрела на него через застекленную стену вестибюля. Павел вынул сотовый, набрал номер.
– Егор, слышишь меня? Тебе надо немедленно… – проговорил он в телефон.
– Павел, это не Егор, – услышал он в телефоне голос Нины.
Он посмотрел на нее через стекло вестибюля. Она стояла совершенно спокойная, с телефоном в руке. Из своего сотового он услышал ее негромкий голос:
– Все будет хорошо. Поверьте.
23. «Как ты мог разрешить мне эту авантюру?»
На улице шла обычная жизнь: проезжали машины, люди торопились по каким-то своим делам, не подозревая, что в это время решается чья-то судьба.
В клинике над дверью операционной светилось табло: «Идет операция».
* * *
Нина стянула хирургические перчатки и стала мыть руки, вспоминая каждое действие во время операции, проверяя, все ли сделано правильно. Напряжение, вместо того, чтобы уйти, только нарастало.
К ней подошел Костя, сказал неожиданное:
– Какие у тебя красивые глаза.
– Только сейчас заметил? – холодно ответила Нина. До операции у нее на какие-то доли секунды мелькнула мысль, что она будет оперировать любимого человека, а ассистировать ей будет ее бывший жених, но эта мысль тут же исчезла, как неважная. Нина полностью отрешилась от личных переживаний и сосредоточилась на операции. Егор был для нее только пациент. Костя, хоть и оказался не слишком порядочным человеком, был замечательным нейрохирургом, на профессионализм которого можно было положиться.
Но это вовсе не значит, что она готова выслушивать его сомнительные комплименты.
– Нина, я тебя не узнаю, – сказал Костя. – Ты так изменилась. Такая стала…