Ленка с братом остались пока в замке — у них здесь было много дел. Им теперь предстояло уладить кучу формальностей и решить множество вопросов, связанных с организацией похорон.
Где, например, хоронить Пьера и как? На так называемом фамильном кладбище, где похоронены все предки Лакуров, или здесь в имении Мориса Кюнде в недавно отремонтированном склепе? Морис настаивал на склепе, но надо было выяснить мнение детей усопшего. В каком похоронном бюро заказывать гроб и как организовать всю процедуру, приглашать или не приглашать на похороны священника? Вроде бы Пьер никогда святошей не был, однако и безбожником его тоже назвать было нельзя.
В общем вопросов было много, но главный среди них был один: когда отдадут из морга труп, то есть тело? От этого зависела дата похорон. Труп, конечно же, могли отдать сразу после вскрытия — это в том случае, если Пьер умер своей смертью, — а могли и через неделю, а то и позже. Смотря что там у него найдут внутри.
Но слава богу, ничего криминального внутри у Пьера не нашли. Вскрытие показало, что никакого отравления или какого-либо другого вредительства нанесено покойному не было. Он умер своей смертью от внезапной остановки сердца.
Оказывается — так сказал патологоанатом, — Пьер принимал лекарство для повышения потенции, что-то типа виагры. И хотя само по себе это лекарство совершенно безвредно и никакой угрозы для жизни не несет, но в сочетании с сердечными препаратами типа нитроглицерина и ему подобными становится смертельно опасным.
Пьер, очевидно, всех этих фармацевтических тонкостей не знал и пил все вместе в зависимости от жизненной необходимости, что в конечном итоге и привело к такому трагическому исходу.
Его похоронили на родовом кладбище в присутствии родных и близких со всеми полагающимися почестями.
Ленка, разумеется, присутствовала на похоронах. Несмотря на всю пикантность ситуации, она все же нашла в себе силы, чтобы проводить в последний путь своего неверного супруга, и родственники это поняли и оценили.
Я на похоронах не была. В этот день, как назло, у нас заболел Фира, и кроме меня, некому было остаться сидеть с больным стариком. Поэтому поминальную рюмку за неверного Ленкиного супруга я подняла в кафе на улице Риволи, когда мы встретились с ней перед самым моим отъездом в Москву.
Мы сидели в кафе уже где-то часа два с половиной, прощались надолго и поэтому допивали уже вторую бутылку вина.
— Пусть земля ему будет пухом, — пожелала я Ленкиному мужу, подняв очередной бокал, — все-таки несчастный он был человек.
Ленка вскинула на меня удивленные глаза.
— Это почему же?
— Ну как почему? Сердце больное, почки больные и с этим делом... у него тоже была беда. И как же ты, кстати, не предупредила его, что виагру с нитроглицерином вместе пить нельзя? Ты же врач!
— Господи! — Ленка возвела очи к потолку. — Да откуда же я знала, что он пьет виагру? Никто ж не знал ни про каких его любовниц. А от импотенции я его лечила совершенно другими методами, без всякой там виагры. И что самое смешное, вылечила на свою голову. Конечно, он не стал секс-гигантом, но все же по сравнению с тем, что было, это просто небо и земля. И каков результат? Как только я его вылечила, он тут же, наглотавшись виагры, побежал налево. Вот она черная неблагодарность! Да уж лучше бы он остался импотентом. По крайней мере позора бы такого не было. Нет, ну это ж надо додуматься умереть в постели любовницы!
Ленка, видно, вспомнила подробности того страшного дня, а вернее, ночи, когда мы нашли мертвого Пьера в постели его любовницы, и хлопнула в сердцах ладонью по столу.
— Никогда ему этого не прощу, — зло сказала она. — Одно дело остаться неутешной вдовой и совершенно другое — обманутой вдовой.
Она еще раз ударила ладонью по столу, и в ту же секунду рядом с нашим столиком появился официант.
— Желаете чего-нибудь еще? — вежливо осведомился он.
Я ответила, что мы желаем счет. Было уже довольно поздно и пора было уходить домой. Но Ленка со мной не согласилась. Она уже была сильно навеселе и потребовала продолжения банкета в виде третьей бутылки вина.
В общем ситуация выходила из-под контроля. И поэтому пока официант бегал за вином и разливал его по нашим бокалам, я на всякий случай позвонила Димке и попросила его приехать в кафе и забрать нас отсюда, пока чего не вышло.
Ленка к приезду Димки держалась еще молодцом: мордой в салат не падала, разговаривала достаточно связно и даже до выхода из кафе дошла почти самостоятельно. Мы ее только подстраховывали с Димкой с двух сторон.