— Спокойно! — Фрэнки успел поймать Кэлина и оттащил его на несколько футов назад. — Соберись, Грегори! — прошипел он.
— Пошли, — Кир выволок Маркуса за дверь, — тебе пора убраться отсюда.
Как только они оказались вне поля зрения, Фрэнки отпустил Кэлина, и он тут же подбежал ко мне. Я так и продолжала сидеть на полу, прислонившись спиной к стене. Кэлин рухнул на колени и прикоснулся пальцами к моей щеке.
— Саттон, милая, ты в порядке? Пожалуйста, поговори со мной.
Когда я ничего не ответила, он крепко прижал меня к своей груди, предоставив возможность выплакаться в свою рубашку.
Мне было плохо, и я не собиралась врать ему. Я чувствовала себя разбитой как никогда прежде.
Фрагменты моей новой жизни, которые я воссоздавала с такой тщательностью, были уничтожены. Между ними появились пробелы, и теперь их просто невозможно было собрать вместе. Все это еще недавно служило мне красивым фасадом, а теперь я была слишком сломлена, чтобы восстанавливать их заново.
— Саттон, пожалуйста, скажи хоть что-нибудь, — умолял он, приглаживая мои волосы.
— Он нашел меня, понимаешь? — зарыдала я. Запустив руки в волосы, я в упор посмотрела на Кэлина. — Разве ты не видишь?! Неважно куда и как далеко я уехала, он все равно смог найти меня. Он всегда будет преследовать меня.
— Кто он? — спросила Дафна, на цыпочках подходя ближе к нам.
— Иди! — рявкнул на нее Кэлин. — Разве ты не видишь, что Саттон плохо?
Я посмотрела за его плечо и увидела, как побледнела Дафна.
— Ладно, хорошо. Я ухожу. — Когда она заметила, что я смотрю на нее, добавила: — Если тебе нужно будет с кем-то поговорить, я рядом.
Я кивнула, давая ей понять, что услышала и поняла ее. Остальные ребята уже оставили нас, и она, уходя, захлопнула за собой дверь.
Теперь мы остались одни, но присутствие Маркуса все еще ощущалось. Он замарал это место, и оно уже никогда не сможет стать прежним. Оно больше не было безопасным для меня. Все выглядело так, словно Маркус испытывал какую-то нездоровую радостью, видя мои страдания.
Кэлин крепко держал меня в своих объятиях, позволяя мне выплакаться.
Я знала, что надо было сделать, и продолжала надеяться, что Кэлин сможет когда-нибудь простить меня за то, что я фактически уничтожу его своим поступком.
— Мне очень жаль, что он обидел тебя, — прошептал Кэлин и прижался губами к моему лбу.
Этот трогательный жест заставил меня заплакать еще сильнее. Мне безумно хотелось, чтобы он перестал быть таким милым со мной, ведь я собиралась причинить ему огромную боль.
Я убрала руки Кэлина и встала на ноги. Голова закружилась, и он немедленно вскочил и придержал меня.
— Я в порядке, — уверила я его.
— Это не правда. Не обманывай меня!
Я отвернулась к окну, чтобы не смотреть ему в глаза, и увидела на улице Маркуса. Засунув руки в карманы, он ухмылялся, глядя на меня через окно. Я знала, на самом деле он не мог видеть меня сейчас, но это не помешало ему снова пробраться мне под кожу.
Я сглотнула образовавшийся в горле ком, видя его всего в нескольких шагах от меня.
Хватит.
Я не могла позволить ему и дальше контролировать меня.
Мне придется бросить работу. Необходимо было закончиться прямо сейчас.
Я не могла продолжать жить в страхе.
До этого момента у меня все было более-менее благополучно, но сейчас я поняла, что он никогда так и не отпустит меня.
Потерев лицо, я пробормотала:
— Хочу принять ванну.
— Ладно, — прошептал Кэлин.
Но прежде чем я успела уйти, он обнял меня за шею, притянул к себе и потерся носом о мою макушку, вдохнув запах шампуня.
— Я люблю тебя, ты ведь знаешь об этом, верно? Я живу ради тебя, Саттон. Только ради тебя. Мы пройдем через это. Вместе. Я прослежу, чтобы он никогда снова не побеспокоил тебя.
Я подавила слезы, чтобы опять не расплакаться, и прильнула к нему, не желая отпускать. Я хотела верить ему, но не могла.
В том то и дело, мы оба были сломлены слишком сильно, чтобы оставаться вместе и дальше. У нас не получилось спасти друг друга. Думаю, в тот момент мы были необходимы друг другу лишь потому, что сильно нуждались в человеке, способном понять нас.
Кэлин Грегори стал лучшим, что случилось со мной, но его любви было не достаточно, чтобы удержать вместе хрупкие осколки меня.
— Я тоже люблю тебя, — прошептала я и закрыла глаза, удерживая слезы на кончиках ресниц.
Еще раз страстно поцеловав, Кэлин отпустил меня. Только он пока еще не знал, что это было в последний раз.
Я закрыла дверь в ванную и прислонилась к ней спиной. Мне было страшно, но нужно было сделать это. Я больше не могла так жить! Это вообще была не жизнь...