— Ты пытаешься сказать, что любишь меня? — ахнула я, отталкивая его.
Он покачал головой.
— Да. Нет. Не знаю, — пробормотал он, встретившись со мной взглядом, — я чувствую, что нахожусь на пути к этому. Знаю, ты не испытываешь таких чувств по отношению ко мне, и я никогда не стану давить на тебя, но... — он замолчал, — может быть, однажды это случится?
— Я... — я растерялась после его слов, — не знаю, возможно.
Мой голос был тише шепота, но он кивнул, словно услышал меня. Он поднялся на ноги и протянул мне руки, чтобы помочь подняться.
— Нет никакого смысла торчать в ванной. — Мы устроились на диване, и он закутал меня в одеяло. — В ближайшие дни мы запишем тебя на прием к врачу. — Мемфис прижался губами к моему лбу в нежном долгом поцелуе, затем прочистил горло и отодвинулся в сторону.
Что-то в том, как он сказал «мы», заставило меня вздрогнуть. Он действовал так, будто мы были в этой связке вместе. В моей жизни не было никого, кто относился бы ко мне так, как он. И я бы солгала, если бы утверждала, что мне это не нравилось. Я отчаянно боролась со своими чувствами к Мемфису, но они уже жили внутри меня и вряд ли куда-то денутся. В голове снова прозвучали его слова: «Я не в силах изменить этого...»
Может быть, однажды…
Сидя в кресле, я нервно постукивала пальцами по подлокотникам. Думаю, что ни разу за всю свою жизнь мне не случалось нервничать так сильно, как сегодня. Кожа покрылась испариной, я не могла вдохнуть достаточное количество кислорода, чтобы насытить легкие.
Мемфис сидел рядом со мной, беспокойно подергивая ногой.
— Ты не обязан сидеть здесь со мной, — напомнила я ему уже в десятый раз за день.
— Знаю, — заверил он меня, — но я хочу быть рядом.
Я не стала спорить с ним, поскольку на самом деле нуждалась в нем. Не была уверена, что смогу пройти через все это без поддержки Мемфиса. Не знаю зачем, но я протянула руку к нему и переплела наши пальцы. Он улыбнулся и ободряюще сжал мою ладонь в ответ.
Я знала, что должна набраться храбрости и пройти через это в одиночку, но так устала делать все сама. На этот раз мне нужна была поддержка того, кто был сильнее меня, пока сама я медленно разваливалась на части.
Затаив дыхание, я ждала, когда назовут мое имя. Нервы были натянуты до предела. Часть меня надеялась, что я беременна от Кэлина, и тогда со мной рядом навсегда останется его частичка. Но другая часть меня хотела, чтобы этого не случилось. Если у меня родится ребенок, вся моя жизнь изменится, и я стану матерью-одиночкой. Я прекрасно осознавала, что воспитание ребенка это огромная ответственность.
Прозвучало мое имя, и я встала, медленно вытирая потные ладони о ткань джинсов. Мне казалось, что я грохнусь в обморок от волнения. Мемфис тут же встал и ободряюще обнял меня.
— Хочешь, чтобы я пошел с тобой? — спросил он. — Полагаю, ты хочешь, чтобы я остался, но если хочешь, чтобы я пошёл, я готов.
— Не знаю, — ответила я, закусив губу, пока голубоглазая медсестра ждала меня.
— Давай поступим так: я пойду с тобой и, если ты вдруг передумаешь, я выйду. Звучит неплохо? — Мемфис посмотрел на меня своими ясными серыми глазами. Он был слишком добр ко мне. Я не заслужила такого друга.
Я кивнула, и, держась за руки, мы вместе подошли к медсестре. Она проводила нас мимо регистратуры в отдельный кабинет, дала мне халат и велела переодеться в ванной комнате.
Я почувствовала, как кровь с бешеной скоростью понеслась по телу, и решила, что сейчас просто умру от перенапряжения.
Когда я вышла из ванной, Мемфис повернулся спиной, чтобы не видеть то, чего не должен.
Я села и тихо ждала.
— Все будет хорошо, — пробормотал Мемфис и снова взял меня за руку.
— Как ты можешь быть уверен? — Я посмотрела на него. — Это же не твоя жизнь и даже не твой ребенок. Ты в любое время можешь отойти в сторону. Мы не пара! — расхохоталась я без капли юмора.
Он хмыкнул.
— Почему ты сомневаешься во мне? Ты же никогда не просила меня оставаться рядом. Тебе ни разу не приходило в голову, что я здесь только потому, что сам хочу быть рядом с тобой?
Кровь прилила к моим щекам.
— Ты не должен хотеть этого, не после всего, через что я заставила тебя пройти.
Он напрягся и стиснул зубы.
В кабинет вошла доктор, и у меня тут же пересохло в горле. Она задавала мне разные вопросы, и я пыталась отвечать максимально правдиво. Когда пришло время приступить к УЗИ, Мемфис спросил:
— Хочешь, чтобы я вышел?
— Не уходи, — я как клещ вцепилась в его руку, — пожалуйста. Не оставляй меня одну. — Мои слова значили несколько больше, чем он услышал. Я не хотела потерять его, но реально понимала, что шансы на то, что он останется рядом, были невелики.