Он кивнул.
— Я никуда не уйду.
Дальше все происходило как в тумане. Мне показалось, что я сошла с ума после того, как врач подтвердил мою беременность. В голове роился миллион мыслей. Мемфису пришлось практически выносить меня из кабинета на руках. Я не могла остановить поток слез. Во всем были виноваты гормоны.
Мемфис припарковал машину, и я наконец посмотрела в окно. Ожидая, что мы остановимся возле моего дома, я была удивлена, увидев, что мы стоим перед рестораном.
— Тебе нужно поесть, — прошептал он.
— Я не голодна, — пробормотала я и уставилась в окно.
— Саттон, — он буквально застонал, — у тебя не хватит сил идти завтра на работу.
Он был прав, но это все равно не заставило меня пошевелиться. В конце концов, Мемфис вышел из машины, распахнул дверь с моей стороны и вытащил меня.
— Мемфис, я дерьмово выгляжу, — канючила я, указывая на свое лицо в потеках туши, — не вынуждай меня идти туда.
— Опять одни оправдания, — пробормотал он, взял меня за руку и потащил внутрь.
Никто даже не обратил на нас внимания, пока мы шли к кабинке, расположенной в задней части ресторана. Я вытерла размазанную под глазами тушь и взяла в руки меню. Голода я не чувствовала, но понимала, что Мемфис прав, мне необходимо поесть. Когда к нам подошла официантка, мы попросили принести воды.
Просматривая меню, я надеялась найти то, что придется мне по вкусу. Наткнувшись на омлет, решила, что уж от него мне не станет плохо.
Мемфис сцепил пальцы в замок и в упор посмотрел на меня.
— Как ты себя чувствуешь?
Я провела пальцем вдоль одной из кромок стола и промямлила:
— Мне страшно.
— Думаю, это абсолютно нормально, — заверил он меня.
— Нормально или нет, — прокомментировала я, сделав глоток воды, — мне не нравится это чувство.
Он потянулся через стол и положил свою руку поверх моей.
— Это не конец света, Саттон.
— Разумеется, не у тебя же скоро родится ребенок, — пробормотала я.
— Это правда, — кивая, согласился он, — но я буду рядом с тобой. Уверен, Дафна и Эмери думают так же. Мы можем не быть семьей, но мы останемся рядом с тобой. Ты не останешься одна, несмотря на то, что он ушел...
— Кэлин, — перебила я Мемфиса. — Ты можешь смело произносить его имя вслух, меня это не беспокоит. — На самом деле еще как беспокоило, но ему лучше было не знать об этом. Не было надобности демонстрировать ему свои чувства.
Он откашлялся.
— Кэлин, может быть, и ушел, но тебе не придется растить ребенка одной.
— Ты предлагаешь мне брак? — Я старалась сохранять невозмутимое выражение лица, хотя задала этот вопрос в шутку.
Мемфис побледнел, а затем рассмеялся.
— Как бы я когда-нибудь не хотел жениться на тебе, меня останавливает одно предчувствие. Мне кажется, если я прямо в эту секунду попрошу тебя выйти за меня замуж, меня вынесут отсюда в мешке для трупов.
— Ты прав. — Я улыбнулась, поправила волосы и вздохнула. — Я знаю, что само по себе это не плохо, но этот человечек во мне... Я могу содержать себя и своего кота, но ребенка? Я вообще не люблю детей! — Заплакала я. — Как только они начинают плакать, я нервничаю и передаю их обратно родителям. Я не смогу справиться, даже если это будет мой собственный малыш! — Моя рука непроизвольно опустилась на пока еще плоский живот, и я рассеянно погладила его. — Я хочу этого ребенка, не сомневайся, но не уверена, что справлюсь.
— Ты сможешь и сделаешь это, — заверил он меня.
Хотелось бы мне так же верить в себя, как верил в меня Мемфис.
Мемфис высадил меня у квартиры и отправился на работу. Оказавшись внутри, я схватила листок бумаги, ручку и начала писать второе письмо Кэлину.
Поскольку первое письмо вернулось назад, возможно, было плохой идеей попытаться отправить ему еще одно, но у меня не осталось других вариантов. Кроме того, я считала письма к нему своим личным терапевтическим очищением. Даже если Кэлин не прочтет их, написав о своих чувствах, я буду чувствовать себя лучше.
Дорогой Кэлин!
Первое письмо, которое я писала тебе, вернулось ко мне нераспечатанным. Я не знаю, то ли ты не получал его, то ли не захотел прочесть. Сначала я жутко злилась, но с тех пор, как между нами все закончилось, у меня не было реальных оснований, чтобы попытаться хотя бы просто поговорить с тобой. Знаю, для меня было бы лучше забыть тебя и двигаться дальше. Я пытаюсь, но не хочу. Понимаю, что даже тогда, когда буду готова двигаться вперед (а я говорю «когда» потому, что не буду тосковать по тебе вечно, Кэлин Грегори), я все равно буду любить тебя. Ты занял особое место в моем сердце. Такая любовь не проходит бесследно.