— Больше, чем ты думаешь, — ответила она, облокотившись локтем на стол и наклоняя голову. — Но не достаточно.
— Почему бы тебе не переехать? — спросила я.
— Финансы. — Ее стройные плечи резко поникли со вздохом. — Я могла бы переехать на Манхэттен, но денег хватит лишь на один день.
— Ты обязана попробовать!
Почему я кричала?
Пристально посмотрела на напиток, который практически исчез.
— Ты опасен, — пробормотала я ему.
Дафна фыркнула.
— Ты только что разговаривала со своим коктейлем?
— Да. — Я отодвинула бокал. — Больше не буду пить. Мне ещё нужно работать.
— Что происходит между тобой и Кэлином? — спросила она, с интересом сверкая глазами.
Почему все должны постоянно спрашивать о Кэлине? Неужели они не знают, что нечего рассказывать?
— Ничего, — честно ответила я.
— О, пожалуйста. — Она закатила глаза. — Ты, кажется, единственный человек, с которым он никогда не прочь поговорить.
— На самом деле, он кричит. Крик это не разговор, — начала рассуждать я. — А ещё он орёт на Кира. — Я толкнула парня рядом со мной.
— Да, чёрт возьми, так он и делает. — Кир, наконец, оторвал взгляд от ног и задницы девушки у стойки, чтобы присоединиться к разговору. — Для того, кто каждое утро провожаете из своей квартиры разных девушек, он слишком сердитый.
— Кто бы говорил, — фыркнула Дафна. — Я уже сбилась со счёта, сколько видела девушек, выходящих из твоей квартиры. А иногда и по две сразу.
Она вздрогнула от отвращения, поджав губы.
Мои глаза грозились вылезти из орбит, когда я обернулась и посмотрела на Кира.
— Что? — вопросительно ахнула я.
Какая женщина в здравом уме не хотела бы трахнуться с Киром? Но секс втроём?
Он невинно улыбнулся.
— Разнообразие - изюминка жизни.
— Ты омерзителен. — Слова вылетели прежде, чем я смогла остановить их.
Кир хмыкнул.
— Я слышал это раньше. Этим не обидеть меня, дорогая, — он произнёс это протяжно, с южным акцентом, а его глаза светились. Я явно позабавила его.
Фрэнки и Джен выбрали этот момент и вернулись к нам. Пришлось снова подвинуться ближе к Киру. Глаза Джен были красными и опухшими, и я захотела ударить Фрэнки по ноге из-за его глупых слов. Некоторые девушки, на самом деле большинство девушек, очень чувствительны и принимают всё на свой счет. Но парни слишком глупы, чтоб это заметить.
После того как Джен пришла в себя, я решила, что пришло время оставить их и сбежать домой, ведь мне надо было подготовиться к работе.
Я ощущала на себе взгляд Мемфиса, когда прошмыгнула мимо него, вдоль столиков, к выходу. И неожиданно порадовалась, что одела сегодня платье. Ведь оно идеально облегало меня во всех нужных местах.
Парень мог хотя бы помечтать.
Уличные фонари освещали мой путь домой. Воздух был ещё теплым от летней жары. Посмотрев вверх, понаблюдала за тем, как последний оранжевый отблеск заката исчез за зданием, и всё погрузилось в темноту.
— Красивое платье.
От звука голоса я подпрыгнула на десять футов.
Положив руки на сердце, повернулась лицом к Кэлину, стоявшему в тени возле здания.
— Ч-что ты здесь делаешь? — спросила я, мой голос замирал от испуга.
— Смотрел на закат. — Его взгляд задержался на моих голых ногах, прежде чем, в конце концов, встретится с моим.
Удивительно, что он ответил мне.
Кэлин засунул руки в карманы запачканных краской джинсов и оторвался от стены. Он оказался настолько близко ко мне, что наше дыхание смешалось. Я почувствовала сильный запах алкоголя, исходящий от него. Уверена, что он почувствовал запах алкоголя, который пила я, но я пила редко, а Кэлин, сложилось ощущение, всегда находился в состоянии алкогольного опьянения.
— Иногда лучшее вдохновение приходит когда я любуюсь закатом, — пробормотал он, его глаза смотрели в мои, и я вспомнила наш поцелуй, — но ты, ты даже лучше, чем муза.
Мои глаза закрылись, когда я удивленно вздохнула.
А когда открыла их вновь, увидела, что он уже исчез.
Я повернулась и осмотрелась. Затем поняла, что не слышала, как открылась и закрылась дверь, так что он не мог зайти внутрь. Он должен был быть где-то здесь, но исчез.
Он пропал, как семена, сдутые с одуванчика. Летящие, блуждающие, потерянные… никогда не знаешь, где они приземлятся.
Кэлин
Я не мог поверить, что только что сказал Саттон.
«Ты даже лучше, чем муза».
Что. За. Чёрт?
Очевидно, я был пьянее, чем думал, из-за этого мои губы говорили все, что им вздумается. И такое поведение было необычным для меня, ведь чаще всего алкоголь вызывал во мне гнев, а не превращал в болтуна.