Я краснею чуть ли не до пальчиков ног.
— Так ты помнишь все, что мы делали вчера?
Он открывает глаза и притягивает к себе, поймав за талию, поднимает меня на кровать. Отбрасывает в сторону одеяло. Его эрекция говорит сама за себя. Он стягивает с меня рубашку через голову и оглядывает мое тело.
— Сядь мне на лицо, — приказывает он.
Я усаживаюсь на колени по обе стороны от него, приподнимаясь вверх над его телом, передвигаясь к его лицу. Медленно опускаюсь к нему на рот. Он сосет и лижет мою киску, толкая свой язык вглубь. Осторожно он прихватывает губами нежный клитор, прежде чем начать сосать, пока я не кончаю.
Схватив за бедра, он приподнимает меня от своего рта, говоря:
— Теперь сядь на мой член.
Я обхватываю его руками и подвожу к своему входу. Смело глядя ему в глаза, я дразню, проводя кончиком по своим опухшим, влажным складкам.
— Бл*дь, София. Ты убиваешь меня, — стонет он.
Я улыбаюсь. Я никогда ни над чем не имела власти. Никогда. Всегда все контролировали меня — мое тело, мои действия. Впервые в жизни я чувствую себя властной. С этим мужчиной.
Джек
Я с жадностью пробегаюсь пальцами вверх по ее бедрам, наслаждаясь насколько они гладкие. На внутренней стороне имеются еле заметные шрамы, но не снаружи, ее бедра, как самый лучший шелк. Я смотрю на ее тело, возвышающееся надо мной, она как мираж. Сияющий участок воды в засушливой пустыне, в которой я прожил много лет. Я до сих пор не могу поверить, что я в ее постели.
Мы не использовали прошлой ночью презервативы. И я не жалею об этом. Вообще-то, я рад, что ничто не стоит между нами.
Я наклоняюсь вперед и обхватываю губами ее сосок.
Мне хочется оставить метку на ней. Я хочу заклеймить ее. Я хочу забыть ту мерзость у нее на спине. Она моя. Только моя. Неважно, что там написано. Она моя. МОЯ. МОЯ, МОЯ.
Она сжимает мой член и начинает опускаться своей горячей, тугой киской на него. Настоящий рай. Я не отпускаю ее сосок. Я всасываю его еще сильнее, она стонет, пока член движется все глубже и глубже. Думаю, что после вчерашней ночи, от жесткого траханья ее киска ноет и болит, и я знаю, что это вроде как примитивно и не эстетично, но именно так я хочу ее. Через боль и опустошение, чтобы она забыла всех других мужчин.
Вот что я сделал. Я трахнул ее грубо и заклеймил собой. Джеком Айришем. Она пытается приподняться вверх, но я хватаю ее за бедра и опускаю на член.
Она вскрикивает.
— Хочешь его? — бормочу я, снова толкаясь вверх.
Она встречается со мной глазами, ее киска невольно сжимается.
— Да.
Я начинаю действовать. Да. Двигаться туда-сюда. Проникая глубже. Толкаясь сильнее. Более жестче. У нее начинается оргазм. Она сидит на мне с широко разведенными ногами, и я вижу, как происходит ее оргазм. Она непроизвольно начинает сжимать мой член своим внутренними мышцами, у нее начинается эякуляция. Ее киска обильно отдает свои соки, я продолжаю трахать. Член блестит, покрытый ее соками. И видя, как она теряет контроль, у меня сносит крышу. Я собираюсь кончить опять внутри нее. Я хочу заполнить ее всю.
Последний раз я толкаюсь вперед.
Из меня потоком льется сперма, и у меня такое чувство, будто я запускаю в нее чертовую кучу сперматозоидов. Несколько секунд я удерживаю ее на себе, потом лениво двигаюсь еще пару раз туда-сюда. Затем я приподнимаю ее, и вижу, как сперма медленно длинными белыми нитями вытекает из ее киски. Это чертовски красивое зрелище.
София
От его взгляда я становлюсь смелой и живой, словно я что-то ценное для него, и он очень хочет это получить. Раньше я никогда не была чем-то подобным, кроме как предметом, с помощью которого мужчина мог удовлетворить свою похоть. Причем, эта «дырка» могла также хорошо использоваться ими, как и любая другая.
— Иди сюда, — говорит он. Я знаю, что ему хочется, чтобы я легла на него. Первая мысль, которая тут же возникает у меня в голове, что он обхватит меня руками и почувствует на спине шрамы от выжженных слов, поэтому я хватаюсь за рубашку. Он протягивает руку и отбрасывает ее в сторону.
— Почему ты хочешь прикрыться от меня? — хмурясь, спрашивает он.
Я отрицательно качаю головой.
Он внимательно минуту разглядывает, а потом говорит:
— Не надо.
Я поднимаю на него глаза.
— Прикрываться.
— Нет, — с трудом выдыхаю я. Я боюсь, что если он дотронется до низа моей спины, разрушится то, что у нас только что было. Я бы предпочла, чтобы он больше этого не видел. Сейчас светло, свет струится сквозь жалюзи, поэтому все выглядит гораздо хуже.