— Ты великолепно выглядишь, Анжела! — сказал он. — Спасибо, что спасла меня от ужасной участи быть третьим лишним.
У него был едва уловимый британский акцент.
— Надеюсь, розы подойдут к твоему платью? — спросил он.
Энджи, не задумываясь, протянула ему руку. Она настолько привыкла к своим шрамам, что просто не замечала их. Теперь же, увидев испуганные глаза парня, она снова вспомнила о них. Замешательство длилось не более секунды. Абраим быстро справился со своими эмоциями и протянул ей букетик.
Кейт бросилась подруге на выручку:
— Это случилось довольно давно. Мы тогда были скаутами, и на охоте произошел несчастный случай. — Она импровизировала на ходу. — Энджи угодила в капкан, который поставили на медведя, и чтобы выбраться из него, ей пришлось откусить себе руку.
Энджи решила подыграть ей:
— После того как врач пришил руку на место, остался этот шрам. — Она улыбнулась.
Осторожно взяв ее за пальцы, Абраим повернул ее руку сначала ладонью вверх, а потом вниз.
— Невероятно! Я не знал, что микрохирургия достигла таких высот, — сказал он и привязал ей три розочки на руку, закрыв ими шрам. — Я собираюсь поступать на медицинский факультет. После колледжа.
— В какой университет ты подал заявление? — спросила Энджи.
Парни ответили хором, загибая пальцы на руках:
— В Гарвард, Йель, Стенфорд, Тафтс и в университет Хопкинса.
От удивления брови Энджи поползли на лоб. Вот это списочек!
— А что вы будете делать, если вас примут в разные университеты? — поинтересовалась она.
Братья удивленно переглянулись. Похоже, они даже не думали о том, что такое может случиться.
— А ты куда собираешься поступать? — спросил Энджи Абраим. — Какие у тебя планы на будущее?
— Пережить понедельник. Я, как бы это сказать, живу одним днем. Вот один день прожила, а потом строю планы на следующий. В далекое будущее не заглядываю. Пока не задумывалась над тем, куда буду поступать.
— Я уже проголодалась, — сказала Кейт. — Может, мы все-таки пойдем?
Абраим взял Энджи под руку, так, как это делали настоящие джентльмены лет сто пятьдесят тому назад, и повел ее к машине.
— А как насчет колледжа? — спросил он.
Энджи пожала плечами.
— До этого пока еще далеко. Я только в девятом классе.
Абраим моментально отпустил руку Энджи.
— Правда? — удивился он, бросив сердитый взгляд на Али.
— Мне шестнадцать лет, — быстро ответила Энджи. — Уже шестнадцать.
Ей странно было слышать такие слова от себя самой, но еще более странным было то, что она действительно чувствовала себя шестнадцатилетней. Похоже, она продвинулась вперед.
— Просто я пару лет жила за границей и не ходила в школу. Теперь вот приходится наверстывать упущенное.
Энджи действительно наверстывала упущенное. Она сейчас чувствовала себя абсолютно счастливой (это было совершенно новое, незнакомое ощущение), и от этого у нее кружилась голова.
Ужин был просто потрясающим. Этакий банкет в стиле «все, чего душа пожелает». Ближневосточная кухня была представлена во всем ее разнообразии. До этого кафе им пришлось довольно долго ехать, но парни сказали, что оно того стоит. И они оказались правы. Энджи ела медленно, чтобы как следует распробовать каждое блюдо и определить, какие туда добавлены специи. «Помоги мне запомнить все это», — обратилась она мысленно к тому, кто находился где-то очень глубоко в ее подсознании. Она представила, как скрипит дерево, трущееся о дерево. Должно быть, это скрипело стоявшее на крыльце кресло-качалка.
Потом она снова из мира внутреннего перенеслась в мир внешний. Это тмин. Это куркума. А это кардамон, у него сладковатый вкус. Ну и, конечно, чеснок.
— Спасибо, — сказала Энджи, пытаясь запомнить все это разнообразие вкусов. Эту информацию она записала уже в свою собственную память.
— За что спасибо? — спросил Али.
— О-о, за то, что передали мне воду, — нашлась Энджи.
То, что она начала разговаривать сама с собой, стало одним из «новых, таящих в себе определенную опасность, последствий того, что стены становятся тоньше». Так сказала ей доктор Грант. Прекрасно! Ей нужно внимательно следить за собой, чтобы не попасть в неловкое положение.
Пока они ехали в школу на танцы (а дорога была неблизкой), Кейт и Али, сидевшие впереди, довольно громко беседовали, чтобы как-то оживить обстановку и чем-то компенсировать неловкое молчание, воцарившееся на заднем сиденье. Энджи смотрела в окно, любуясь звездным небом. Почувствовав, что Абраим прикоснулся к ее руке, она вздрогнула и отвернулась от окна.