— Сюда, мистер Луис, — сказал метрдотель, приближаясь к накрытому на четверых круглому столу, за которым сидели двое господ. — Ваши гости уже пришли, — почтительным тоном добавил он.
Эдвард глянул на девушку.
— Перестань вихлять бедрами! — прошептал он ей, и Вивьен, попыталась, насколько это было возможно, изобразить из своей походки благородную поступь.
Когда они подошли к столу, сидевшие за ним господа поднялись.
— Мистер Моррис? — обратился Эдвард к старшему из них.
— Да, мистер Луис, я — Джим Моррис. Шеф «Моррис Индастриз» оказался седовласым гигантом с энергичным и умным лицом, покрытым сетью веселых морщинок вокруг глаз и рта. Прежде чем пожать руку Эдварда, он пристально посмотрел на него. Затем повернулся к стоящему рядом светлоглазому молодому человеку с рыжеватыми волосами:
— А этот красавец — мой единственный внук Дэвид.
— Не знаю, как насчет красавца, — рассмеялся Моррис-младший, — но внук это точно.
— Очень рад познакомиться, — учтиво сказал Эдвард и подтолкнул вперед девушку. — Позвольте представить вам Вивьен Уорд.
Вивьен, улыбнувшись самой прелестной из своих улыбок, подала руку Джиму Моррису.
— Весьма приятно, — сказал старик.
— Дэвид Моррис, — попытался переключить внимание девушки Эдвард, видя, как она энергично трясет руку старого Джима, не думая ее отпускать. Вивьен смутилась и поспешно повернулась к Дэвиду. Восхищение, которое можно было прочесть в глазах юноши, помогло ей вернуть самообладание.
— Привет, — сказал, улыбаясь, Дэвид. И, нацелившись на один из стульев, двинулся к нему, однако метрдотель, учтиво стоявший все это время чуть в стороне, опередил его и выдвинул для Вивьен соседний. Девушка снова смутилась и беспомощно уставилась на стул.
— Ну, садись же, — шепнул ей Эдвард. Вивьен села, после чего заняли свои места и мужчины.
Но в следующий момент Вивьен вскочила.
Оба Морриса тоже поднялись.
— Извините, — пробормотала она.
— Ты куда? — удивился Эдвард.
— Мне нужно подкрасить веки, — сказала Вивьен сконфуженно.
Оба Морриса рассмеялись, а Эдвард подсказал ей дорогу:
— Наверх по лестнице и направо.
— Спасибо. Прошу прощения, — сказала она и отправилась в указанном направлении.
— Тебе заказать? — вдогонку ей спросил Эдвард.
— Ну вот еще! — отказалась Вивьен небрежно, но тут же испугалась, что снова допустила оплошность, и нежным тоном поправилась:
— Закажи, будь любезен. Большое тебе спасибо.
— Пожалуйста, — тем же тоном ответил Эдвард.
Подождав, пока девушка поднялась по лестнице, все трое сели на место.
Беседа за столом шла поначалу о пустяках, но Вивьен старалась в ней не участвовать, боясь ляпнуть какую-нибудь глупость.
Вскоре подали закуску, но это были не крабы и не салат, как она ожидала, памятуя уроки мистера Томпсона, а тарталетки с паштетом. В недоумении посмотрев сперва на официанта, поставившего перед ней тарелку, она перевела взгляд на Эдварда. «Черт, а это какой же вилкой едят?» — подумала Вивьен со злостью.
Официант лишь вежливо улыбался, Эдвард же сконцентрировал все внимание на Дэвиде Моррисе, который в этот момент как раз перевел разговор на главный предмет их встречи.
— Мистер Луис, — сказал он, — мой дедушка полагает, что будущее компании должен определять человек, который ее основал.
Вивьен толкнула под столом Эдварда.
— А где салат? — шепотом спросила она, потому что в приборе возле своей тарелки пока что узнала лишь вилку, предназначенную для салата.
Дэвид, расслышав ее вопрос, недоуменно уставился в стоящую перед ним закусочную тарелку.
— Салат подадут чуть позднее, — наклонившись к Вивьен, так же тихо ответил ей Эдвард.
— Но я знаю только салатную вилку, — растерянно прошептала она и уставилась на ножи и вилки, отчаянно соображая, какой же из этих штуковин начать есть.
Мужчины тем временем вежливо ожидали, чтобы она первой приступила к еде. По лицу Морриса-младшего скользнула усмешка, которую, к счастью, Вивьен не заметила.
— Или, если формулировать по-другому, — продолжил Дэвид, — можно сказать, что между вашими заявлениями и распространяющимися в связи с ними слухами существуют противоречия. Могли бы вы нам сказать, каковы в действительности ваши намерения?
Джим Моррис, заметив колебания Вивьен, с широкой улыбкой повернулся к девушке:
— Не знаю, как вы, а я постоянно путаю, какой вилкой что есть.
Вивьен с облегчением рассмеялась и посмотрела на него благодарным взглядом. Старик подмигнул ей, взял тарталетку рукой и откусил. Заметив, что девушка последовала его примеру, он ободряюще ей кивнул.
В глазах Эдварда, который, естественно, воспользовался соответствующим прибором, зажглись веселые огоньки. Этот старик казался ему все более симпатичным, что, впрочем, никак не меняло его намерения купить у Морриса его компанию — причем на своих условиях.
Вивьен, обрадованная, что благодаря Джиму Моррису первое препятствие было успешно преодолено, с наслаждением поедала паштеты. Правда, радость ее длилась недолго, ибо следующим блюдом оказались улитки. Официант положил рядом с каждой тарелкой специальные вилки и щипчики, но Вивьен представления не имела, что с ними делать.
Она снова беспомощно посмотрела на Эдварда, однако его вниманием безраздельно завладел Дэвид. Корректная сдержанность Луиса выводила его из себя, и он упорно пытался придать разговору нужное направление:
— Вы знаете, было время, когда мой дед строил самые крупные в мире суда, заявил Моррис-младший. — Эта страна стала великой благодаря таким людям, как он.
Вивьен повернулась к официанту.
— Это кто заказал? — недоуменно спросила она, вызвав очередной раздраженный взгляд Дэвида.
— Господин, — вежливо кивнул официант в сторону Эдварда.
— По-французски это называется escargot, или просто улитки, — наконец обратил на нее внимание Эдвард. — Попробуй, они очень вкусные, французы их обожают!
Вивьен захотелось двинуть его под столом по лодыжке. «Да что он, прикидывается, — возмутилась она, — или в самом деле не понимает, что я понятия не имею, как едят эти чертовы улитки?»
Тем временем Эдвард вновь повернулся к Дэвиду, который продолжал свое:
— Хотел бы спросить вас, мистер Луис, — говорил он настойчиво, — что вы намереваетесь делать с концерном в том случае — хотя, я надеюсь, этого не произойдет, — если вы его все-таки купите?
— Скорее всего ликвидирую и продам по частям.
Взглянув на девушку, Эдвард заметил, что она неумело крутит в руках щипчики для улиток. Стараясь не привлекать внимания, он показал ей, как ими действуют.
— Вот так это делается, — сказал он и положил себе на тарелку улитку.
Вивьен попыталась проделать то же самое. Раковина улитки несколько раз выскальзывала из щипчиков, но в конце концов старания ее увенчались успехом, и деликатес очутился у нее на тарелке.
Она была рада, что, занятые своими делами, мужчины не обращали на нее никакого внимания.
— Надеюсь, вы понимаете, — сказал Джим Моррис, — что я не в восторге от вашей идеи пустить по ветру плоды моих сорокалетних трудов.
— Я предлагаю за них неплохую цену, — спокойно заметил Эдвард.
Вивьен тем временем наблюдала за тем, как он мастерски выудил вилкой из раковины вываренное в сливочном масле с пряностями мясо улитки.
— Если вы продадите концерн, — сухо добавил Эдвард, — то станете очень богатым человеком.
— Я и сейчас не бедствую, — с трудом сохраняя самообладание, заявил Джим Моррис, — мне важно сохранить мои верфи.
Вивьен решила последовать примеру Эдварда и так же лихо расправиться со своей улиткой, но раковина, пока она ковыряла в ней вилкой, предательски выскользнула из щипцов и, пролетев по дуге, оказалась в руке у официанта, который поймал ее с ловкостью хоккейного вратаря.