Красотка
Красотка
Я проснулась от звонка телефона. Голова и без него ужасно раскалывалась после вчерашней вечеринки, а этот мерзкий перезвон бутылок, заменяющий айфонам рингтон, ритмично и стабильно причинял новую боль. Как бы я хотела, чтобы он был на беззвучном!
Сквозь зевоту, не до конца понимая происходящее, я потянулась рукой на звук, чтобы выключить его, но, описав рукой полукруг по кровати, не нащупала раздражитель. Я обреченно закрыла голову подушкой и завыла. Придется встать.
Сев на край кровати, я протерла глаза. Комната представляла собой жалкое зрелище. Сквозь занавески проникал приглушенный свет, падая на раскиданные повсюду вещи, отражаясь в стоящих на столе и полу бутылках, прилипая к темным пятнам на полу.
Тумбочка передо мной поражала особенно. Среди накиданых в кучу книжек, тюбиков косметики и одежды, был и телефон. Где-то был, понятно по вибрации, но спросонья, ещё плохо ориентируясь, я не сразу нашла его. Он оказался под лифчиком. И как только я его снимала, что так бросила? Странно.
Наконец, подняв телефон и перевернув его экраном к себе, я увидела номер звонившего. Он не был забит. Черт, и кто это такой?
― Да, алло?
Забывшись, я закончила фразу зевком. Незваный собеседник так живо расхохотался, что я даже остановилась от возмущения. Будит, молчит, хотя... Кого-то он мне напоминает. Я решила не сбрасывать, но добавила тону холода:
― Алло, кто это? ― произнесла я, как могла внушительно, собрав все силы и игнорируя самочувствие.
― Привет, Соня, ― этот голос, такой знакомый, ― это Ди.
Я невидяще смотрела на стену перед собой и молчала. Одной рукой я напряженно сжимала телефон, а другой ― вцепилась в край тумбочки. Мы месяца три не общались, я начала забывать о нем. И вдруг, теперь, он обо мне вспомнил. Хотя, узнаю его стиль, эффектность.
― Слушай, только не бросай трубку! ― резко вступил он, пустив в меня волну головной боли, ― Давай я сразу к сути. Ты сейчас дома?
― Да, а что?
― Обожаю твои вопросы! ― ответил он и снова рассмеялся, ― Выйди, пожалуйста, на балкон. ― не оставил он времени возмутиться своим смехом.
― Что? Зачем?
― А, вот, ― протянул он, ― надо так, веришь?
― Ну хорошо, только оденусь.
― Давай, жду тебя!
Звонок оборвался так же неожиданно, как начался. Ничего не понимаю, Ди же сам хотел расстаться. Если это шутка, и он напишет мне прыгнуть, я его возненавижу. Хотя в это не особо верится. Я кинула телефон на тумбочку. За время разговора головная боль немного ослабла, но лучше выпить таблетку. Осмотрев комнату и заприметив любимую оверсайз футболку, я надела её вместе с трусиками, которые нашла под кроватью.
Я подошла к окну, стараясь огибать пятна. Отодвинув занавески, я ослепла - утро было совсем безоблачным. Так что дверь на балкон я открывала наощупь. Меня окатило волной прохладного утреннего тепла. Прикрыв глаза от солнца, я вышла на улицу, вдыхая свежий, сладкий воздух, от которого сразу прояснилось в голове. Но тут, вперед всех чувств вырвался слух. Среди обычного шума утренней суеты, я услышала звуки гитары. Мелодия казалась знакомой.
― Я буду любить тебя вечно, красотка, ― едва расслышала я, как пропел знакомый голос.
Открыв глаза, я перегнулась через каменную стенку и увидела Ди. Такого же солнечного, каким его помнила. С высоты пятого этажа не было видно мелких черт, но его образ, теперь, как и прежде, заставлял меня улыбнуться. Его серенада, такая жизнерадостная, подходила настроением сегодняшнему утру.
― Ди, ты просто дурак! ― крикнула я ему, борясь с улыбкой, ― Нельзя же так, люди спят!
Он прекратил играть и сделал вид, будто снимает несуществующую шляпу.
― Приношу свои глубочайшие извинения! ― он надел шляпу обратно и продолжил ту же мелодию, ― Но для современного рыцаря, эффектность выше морали.
Он говорил это нараспев, как будто пел.
― Знакомые слова, в них весь ты!
― Да! И я горжусь этим! ― он не прекращал играть, ― Кстати, смотри, какая погодка классная, негоже пропускать. Не желаешь ли перевести нашу милую беседу в другое место? Может, ты ко мне или я к тебе?
Он акцентировал внимание на последнюю фразу игрой. Его голос был так мелодичен, что вместе с гитарой складывалось ощущение, будто он всё ещё поёт.
― Ну, давай я к тебе. Только, сам понимаешь, это надо умыться, ― я протянула вниз ладонь и стала загибать пальцы, ― потом в душ, позавтракать, накраситься, одеться.
Помахав ему кулаком, я продолжила:
― Так что давай, ― я взяла паузу, сделав вид что прикидываю, ― часика через два внизу, хорошо?
Он стоял, как мне показалось, сбитый с толку. Не в силах сдержать улыбку, я спрятала лицо за стенку балкона. Ну как тебе такое, остряк?