Роуз зажмурилась, помотала головой и сдавила коленями лошадиные бока. Кобыла поняла, ускорилась, пристраиваясь за Красавчиком, как было велено. Ладно, хорошо, она попробует пережить еще один день. Другого выхода все равно нет.
Сначала вдалеке показался столб беловатого дыма. Потом снова раздался гудок — низкий, протяжный, спугнувший стаю птиц из чахлых древесных крон, а потом Роуз увидела темное пятнышко паровоза. Оно приближалось стремительно, и не сразу стало понятно, что идущий из паровозной трубы дым редеет, а скорость поезда падает.
Всего через несколько минут поезд поравнялся с бандитами. Красный Гарри первым ухватился за поручень, вскочил на подножку паровоза. Роуз успела заметить махнувшего рукой Гуся и черный капюшон коротышки-Ручья.
Потом из вагонов начали стрелять.
Пули вжикали и свистели, Роуз пригнулась к шее кобылы, вцепилась в поводья. Хотелось орать от ужаса, но при этом горло словно пережала невидимая рука. Может быть, потом… да, потом, когда этот кошмар закончится, она разрешит себе нормальную женскую истерику. Но сейчас — нельзя.
— Дуй внутрь! — рявкнул на ухо Маркиз. Рядом, едва не задев серый лошадиный бок, упало на землю тело, потом еще одно. Сухо трещали выстрелы, воздух затянуло едким пороховым дымом, кто-то кричал, кто-то дико, истерично смеялся, визжали женщины. Поезд ехал все медленнее. Маркиз вспрыгнул на подножку и исчез в вагоне, Красавчик, даже не оглянувшись, махнул следом. Роуз осталась единственной мишенью для всех тех, кто палил по нападавшим из окон. И кто там знает, что она здесь не по своей воле! Чтобы выжить, был только один путь — внутрь.
Роуз судорожно вздохнула, вынула ноги из стремян и схватилась за поручень. Дернуло, но она довольно удачно перескочила на ступеньки и одним прыжком оказалась внутри. Чудом, не иначе!
Глаза и горло защипало от порохового дыма. Разглядеть здесь что-то было почти невозможно, только смутные, едва заметные в белесом дыму темные фигуры. Наверное, стоило порадоваться, что не видно развернувшуюся в вагоне резню. Все равно она никого не сумеет спасти — так же, как не смогла спасти танцовщиц. Роуз всхлипнула, прикусила губу. Привалилась к деревянной стене вагона. Можно она просто подождет здесь, пока все закончится?!
Оказалось — нельзя. Из дыма появилась рука, ухватила ее за плечо и потащила внутрь.
— Опаздываешь, милая.
Пальцы у Красавчика были в крови, но он как будто не замечал этого. Втолкнул Роуз в проход между сиденьями. Слева испуганно жалась к окну блондинка в широкой шляпе с перьями, прикрывала лицо унизанной кольцами рукой. У ее ног валялось тело — Роуз увидела полосатый жилет, обугленную дыру в нем и сразу отвернулась. На сиденье напротив полулежала толстая дама, в своем пышном розовом платье похожая на откормленную свинью. Голова запрокинулась, одутловатые руки бессильно упали.
— Обморок, — объяснил Красавчик и отодвинул ногой убитого. Блондинка вскрикнула и затряслась от рыданий. — Женщин не трогаем, только особо буйных. Давай-ка, милый, осмотри чемоданы. И колечки забери. Леди, будьте любезны, поделитесь со страждущими своими камушками. Я скоро вернусь.
Роуз стояла, не шевелясь, смотрела на распахнутые чемоданы, из которых вылезали юбки, свешивались рукава сорочек и еще какие-то вещи. То, что Красавчик обратился к ней как к парню, отложилось на самом краю сознания странной мыслью, которую некогда было обдумывать. Глаза по-прежнему жгло, в горле саднило, а она не могла даже натянуть на лицо платок. Щегольские лаковые ботинки трупа почему-то так и притягивали взгляд. А еще мутило. И от запахов, и от всей ситуации. Очнулась, только когда блондинка схватила ее за руки и высыпала в ладони все свои кольца. С силой сжала пальцы. Губы у нее тряслись, но Роуз разобрала за всхлипами и дрожью:
— Заберите. Пожалуйста, заберите. Там, в шкатулке, на дне чемодана, еще колье. Подарок Жана на свадьбу. Возьмите, все возьмите. Только не убивайте, прошу.
Роуз сжимала в ладонях кольца и не знала, что делать. Совсем рядом, через проход наискосок, Красавчик деловито рылся в сундучке одной дамы, потом шагнул к другой, дернул тяжелые серьги из ушей. Женщина истошно закричала, Роуз вздрогнула, едва не рассыпав впихнутую ей почти насильно добычу. Сказала торопливо:
— Вы только спокойно сидите, не кричите, они не любят, когда кричат. Тогда вас не тронут.