Стоя в небольшом коридорчике абсолютно одна, Анна грезила о прошлом. Откуда-то из-за угла доносится девичий смех, но аппендикс, в котором находятся три одноместные гримерки девственно пуст. Только лампы дневного света поют с высокого потолка нечто успокаивающее. Неожиданно одиночество закончилось. В «аппендиксе» появилась претендентка на позолоченную корону, обещанную победительнице спонсором конкурса ювелирным заводом «Адамант» - Лариса Светличная. В суматохе последних часов Анна совсем забыла, что их гримерки расположены рядом.
Девушка уже поравнялась с Львовой, когда в коридорчик ввалилась здоровенная ростовая кукла Микки Мауса.
«Это кому же охота через полчаса после выступления париться в этаком костюме, - подумала Анна, сторонясь и пропуская ростовую куклу. Странно знакомый едкий запах ударил ей в ноздри. Одного взгляда на покачивающуюся в его руках литровую банку, до полвины заполненную желтоватой жидкостью, хватило Анне для совершения очередной глупости.
В два прыжка она догнала неповоротливого Микки, как раз в тот момент, когда он был готов выплеснуть содержимое банки в лицо ничего не подозревающей Ларисе. Девяносто килограмм сделали свое дело, бросив не ожидавшего нападения мужчину на пол. Анна ни секунды не сомневалась, что это именно мужчина. Он хлестко выругался, после того, как выплеснувшаяся из банки концентрированная серная кислота вместо жертвы добралась до него самого. Не спасли даже толстые поролоновые перчатки, изображающие четырехпалые кисти Микки Мауса.
Пока образовавшаяся на полу куча-мала шевелилась у ног ничего не понимающей девушки, в коридор ввалился Зайцев с бутылкой минералки подмышкой.
- Зайчик, помоги! – крикнула Анна, наполовину сползшая с приподнявшегося Микки Мауса. – У него кислота!
Сергей без лишних раздумий бросился на мужчину, и тому наверняка пришлось бы несладко. Анна своими глазами видела, как Зайцев двумя пальцами выдергивал глубоко закрученные в доску шурупы. Но в этот момент неудачливый преступник резким толчком скинул ее со своей спины и бросился в конец коридора. Хлопнувшая дверь и повернувшийся в замке ключ известили о бессмысленности погони.
- Что происходит?
Запоздавший вопрос Ларисы вызвал у Львовой приступ истерического смеха. Она, дуреха, даже не поняла, что сегодня родилась во второй раз.
- Что происходит? – переспросил Зайцев, носком кроссовка откидывая в угол банку с остатками кислоты. – Спасаем твою задницу! То есть лицо… И нечего на меня таращиться. Быстро валим отсюда – пока парами не надышались.
Он схватил за руку растерянную девушку и потащил прочь от едкой лужи, в которую едва не канула ее красота. Анна подхватилась следом, а потом даже обогнала Сергея не спешившего выпускать руку Ларисы. Но девушка не возражала. Казалось, она, просыпается от долгого сна и никак не может провести грань между смутными ночными грезами и жуткой дневной реальностью.
- За что? – тихо выдохнула она, когда Львова поравнялась с нею. - Кому это было нужно?
Анна предпочла промолчать. Но на каждый роток не накинешь платок, и завтра утром весь город будет знать о покушении на красавицу.
- … и не просто красавицу, а главную соперницу племянницы самого мэра.
- Смекаете? Самого мэра!
- Не может быть. Это провокация. Небось, славы девке захотелось, вот она сама все и подстроила.
- Ведь не пострадала же. Даже пятнышка от ожога на лице нет…
Анна энергично замотала головой, выгоняя сочувственно-любопытные голоса, звучащие слишком уж правдоподобно. Не ее это ума дело. Ее дело – бежать со всех ног к Сенчину и докладывать директору обстановку. Так сказать из первых уст. А он уж пусть решает: полицию вызывать, охрану на уши ставить или пытаться скрыть происшедшее.
- Стой здесь и никого туда не пускай, - приказала она Сергею. – Еще не хватало, чтобы племянница мэра в лужу с кислотой влезла.
Не дождавшись согласного кивка, Львова прибавила шаг, а потом побежала на сцену, где полным ходом шла фотосессия московского фотографа.