Это пятно протянуло ей пачку бумажных платочков «Клинекс».
– Ты знаешь, что моя самая главная задача – помочь тебе выздороветь. Но я хочу задать один вопрос. Как насчет полицейского расследования? Неужели ты не хочешь помочь разыскать похитителя? Ведь могут быть и другие жертвы. Или потенциальные жертвы.
Энджи сразу представила еще одну девочку-скаута, прикованную цепью и до смерти напуганную. Что-то заставило ее моментально стереть этот образ.
– Нет! – крикнула она. Этот крик вырвался из горла помимо ее воли. – Я хотела сказать: нет, этого не будет, – пояснила она уже обычным тоном.
Энджи была уверена в своей правоте, однако не знала, откуда у нее взялась эта уверенность.
Ее истошный крик так удивил доктора Грант, что брови у нее буквально подскочили на лоб.
Энджи шумно вздохнула, выражая возмущение и раздражение.
– Прекрасно. Я поняла вас. Я хочу, чтобы они просто рассказали вам все, что знают. Они будто призраки, которые никак не могут удалиться в мир иной, потому что на земле у них еще остались неоконченные дела. Я хочу, чтобы они выложили все, облегчили свои души и испарились. Пусть убираются вон из города! Они мне теперь не нужны. Я не хочу больше общаться с ними! – воскликнула она, снова сорвавшись на крик.
– Энджи!
– Вы слышите меня? – крикнула она, ударив себя ладонями по лбу. – ВЫ МНЕ БОЛЬШЕ НЕ НУЖНЫ! УБИРАЙТЕСЬ ОТСЮДА!
– Энджи! – Доктор Грант схватила ее за руки. – Энджи, ты можешь покалечить себя…
От волнения у нее на лбу собрались морщины. Казалось, что она о чем-то размышляет.
– О чем вы думаете? О чем? – спросила Энджи требовательным тоном.
Теперь они с доктором поменялись ролями.
Доктор Грант снова опустилась в свое крутящееся кресло.
– Прежде всего хочу сказать, что я очень рада появлению в твоем облике более ярких красок. Такого всплеска эмоций я еще ни разу не видела.
– Прекрасно! – воскликнула Энджи. – Я постараюсь почаще веселить вас подобным образом. Однако вы сейчас думали о чем-то другом.
– У меня есть к тебе одно… одно предложение. Ты должна хорошо обдумать его, – запинаясь, сказала она. Такая нерешительность была ей совершенно не свойственна.
– Я обдумаю все что угодно. Так в чем дело?
– У меня есть знакомый психиатр, который работает в университетской клинике Лос-Анджелеса. Он начал проводить клинические исследования одного экспериментального метода. Он несколько раз спрашивал меня, нет ли у меня таких пациентов, которых я могла бы направить к нему.
– Перейти к другому врачу? О-о! Но… – пробормотала Энджи. Она совершенно растерялась и не знала, что сказать. – Начать все сначала с новым доктором? Я уже как-то к вам привыкла.
Доктор Грант всплеснула руками.
– Спасибо, Энджи. Я боялась, что этого никогда не произойдет. Я приму непосредственное участие в этой работе и все время буду рядом с тобой. Он сконструировал очень необычный прибор.
– Прибор?
– Я должна признаться тебе, что почти не знакома с этим методом, мне еще никогда не доводилось применять его. Честно говоря, он вызывает у меня противоречивые чувства. Суть его состоит в том, чтобы устранять двойников, а не объединять их в единое целое. Однако его пациенты вылечиваются не за несколько лет, а буквально за несколько недель.
Устранять двойников? И всего за несколько недель? О да! Это как раз то, что нужно. Энджи наклонилась к доктору, ее глаза горели от возбуждения.
– Звучит заманчиво. Скажите, это лечение очень дорого стоит?
Доктор Грант улыбнулась.
– Эти исследования проводятся в рамках специальной научной программы и финансируются из особого фонда. Пациенты, естественно, подвергаются определенному риску. Ведь этот метод имеет пока только экспериментальный статус, он еще в стадии разработки. Однако в обмен на риск они получают необходимую помощь.
– И все-таки, это дорого?
– Совершенно бесплатно, – заверила ее доктор Грант.
– Меня это очень заинтересовало, – сказала Энджи. – Когда можно начать лечение?
– Сначала мы должны поговорить с твоими родителями.
На следующем сеансе присутствовали ее мама и отец. Сидя на краю кушетки, они жадно ловили каждое произнесенное доктором слово. Энджи с комфортом развалилась в большом и мягком кресле-подушке.
– Это просто идеальный вариант, – сказала мама.
– Взаимовыгодное сотрудничество, от которого обе стороны остаются в выигрыше, – добавил отец. – Она сможет избавиться от этих посторонних, так называемых чужеродных личностей.
Доктор нахмурилась.
– Я, конечно, уважаю вашу точку зрения, мистер Чепмен, но я бы на вашем месте не стала называть их чужеродными. Они являются составными частями психики вашей дочери, и благодаря этим частям ей удалось выжить и не лишиться рассудка во время того ужасного кошмара, в котором ей пришлось существовать. Они заслуживают уважения.