– Разумно. Как минимум, я хочу знать, что он собирался делать со мной и Ловчим. – Рик задумчиво оглядел комнату. – Поверь, мы получим ответы. А теперь попрошу закрыть створки на окнах.
– Створки?
Карпетский вор вновь ухмыльнулся, Рик позволил легкой улыбке выползти на лицо:
– Мы же не хотим, чтобы нам помешали?
Глава 20. Райя
Райя провела рукой по скатерти, разгладив невидимые складки, затем выровняла бокал относительно тарелки, оправила рукава платья. Мысли скакали в голове со скоростью горных антилоп, простые повторяющиеся действия помогали подавить панику. Отец бы недоуменно наморщил лоб, услышав пересказ ее первого дня на фаротском руднике. Райя откровенно сомневалась, что хоть одна дипломатическая миссия за последние два десятилетия закончилась двойным убийством, полным крахом непосредственно дипломатии, а также сговором с белоголовым. Зато Морн, несомненно, одобрительно ухмыльнулся бы на пару с Фреем. Черная мантия больше всего на свете ценил информацию и не ограничивал себя в способах ее добычи. Именно поэтому она решила нырнуть в омут с головой.
С момента смерти Мико паника холодной волной прокатывалась по ее телу, а когда первоначальный шок прошел, справляться стало еще труднее. Прямо сейчас, пока она сидела на этом самом стуле в обеденной комнате, решалась судьба всей ее карьеры. Это, как ни странно, заботило ее куда больше, чем прямая угроза жизни. Не появись этот парень, Рик… После увиденного ее бы уже никуда не отпустили.
Фатализм Рокота откровенно пугал. Даже если он действовал не по указке, а лишь проявил инициативу, хотел выслужиться, поймав сунувшую нос куда не надо девчонку, то он не мог не осознавать последствий. Отпустить ее они не могли, нападение на представителя столицы подписало смертный приговор всем причастным. Даже если представить ситуацию, в которой она оказалась полной дурой, а Пинкус, узнав о произошедшем, напирал бы на умственное помутнение у гвардейца, Райя все равно не верила в успех. Скорее всего, она просто никогда не покинула бы рудник.
В таком случае для руководства рудника ситуация становилась еще более неприятной и неопределенной. В Фароте ее ждет часть сопровождающих, непосредственно в столице – десятки людей, включая отца и самого владыку. Впрочем, Вильгельм ждет не саму Райю, а отчета и решения проблемы, но это ничего не меняет. Она не могла придумать ни одного объяснения, которое смогло бы обосновать ее пропажу – заодно с Фионой, Мико и Дирком. Единственное, что приходило ей в голову, – это пропажа кареты где-то в пути, при желании Пинкус с Иглой могли сослаться на нечто подобное. Но это подняло бы в столице настоящий шторм, ситуация была беспрецедентной.
Вывод оставался прежним: на что бы ни рассчитывал Рокот, за своей спиной он чувствовал покровительство достаточной силы. Или это был религиозный психоз – мог ли Игла внушить своим пособникам достаточно безрассудства? В любом случае теперь ее нахождение на руднике будет коротким. Нужно было спешить обратно в столицу, но шанс допросить привратника напрямую она упустить не могла. Тайное чтение бумажек, поиск скрытых смыслов в разговоре тет-а-тет – все это казалось мелочью в сравнении с открывшейся возможностью.
Девушка покосилась в сторону дверного проема, в котором несколько минут назад скрылся ее новый знакомый на пару с Фионой. Эти люди вызывали у нее два чувства: восхищение и опаску. Относительно камеристки восхищение преобладало. То, как она взяла себя в руки после встречи с Рокотом, оказало отрезвляющее действие. Видя отстраненное спокойствие своей помощницы, Райя не могла поддаться панике, пришлось собраться. А проследив, как девочка бесстрастно елозит окровавленной тряпкой по полу, Райя поняла: теперь она видела все. Или почти все.
Что касается опаски, то львиная доля относилась к белоголовому. Его появление было настоящим даром, полностью изменившим ход событий. Оставалось надеяться, что в лучшую сторону. Но ни разу в жизни ей ни приходилось наблюдать, как кто-то протыкает глазное яблоко спицей, причем пробив череп насквозь. Смущало, что после этого белоголовый вел себя как ни в чем не бывало, не выказав никакого удивления относительно происходящего. С той же легкой улыбкой, не тратя время на споры, он принял ее условия, запросив в ответ лишь одно – свободу.
В изорванной простой одежде, с присохшей к лицу грязью и припорошенной пылью щеткой волос на макушке он будто явился в гарнизон из другого мира. Того самого, который не полагалось видеть обычным людям. Сомнений не было, он был чистокровным северянином, и Райя совсем не ожидала встретить одного из них на руднике в Столичных землях. Судя по бумагам, он успел пробыть здесь около недели, но уже выглядел так, словно на пути к ней ему пришлось стесать гору кулаками. Как в таком случае выглядят те, кто добывал руны годами, Райя боялась представить.