Время, как всегда, замедлилось; оставаясь в тени, Рик наблюдал, как рот стражника начинает открываться, волна напряжения прошла по телу, юноша согнул колени, готовясь к прыжку. А затем Ловчий, не тратя времени на замах, обрушил кулак прямо на лицо стражника. Тот, всхлипнув, рухнул как подкошенный, по пути приложившись затылком о косяк двери. Ловчий поймал его в падении, ухватив рукой за куртку на груди и не дав вывалиться обратно на улицу.
Время обрело прежний ход, Рик все же метнулся вперед, но лишь для того, чтобы захлопнуть дверь. Выразительно посмотрел на Ловчего, стоящего с телом стражника в руке. Тот прошептал:
– Что?
– Ничего. Хороший удар.
– А как иначе? Ты застал мирные времена, но умение хорошо бить лица пригодится в любой тюрьме, даже такой, как эта.
– Недостаточно хорошо бить, важно успеть сделать это первым. Что касается мирного времени, – Рик многозначительно посмотрел на стражника, – боюсь представить, как здесь было раньше. Тащи его сюда.
Неожиданная идея сверкнула в голове. Чувствуя, что они купили себе еще немного времени, он нырнул в боковой коридор, подошел к ближайшей двери, быстро подобрал ключ, толкнул створку. Ловчий втащил тело внутрь, уложил стражника на пол, с сомнением уточнил:
– Очнется?
– Не так скоро. Но мы его свяжем и заткнем рот. Горняка из подвала никто не услышит, нет времени тащить туда и этого тоже. Помоги его раздеть.
– Хочешь связать его собственной одеждой?
– Нет, твоей.
Наклонившийся к земле, Ловчий замер, поднял на него глаза.
– Что?
– Горняк был слишком мелкий и залил все кровью. Этот для меня высоковат, но вы с ним почти одного роста. Грех не использовать возможность.
Не тратя время на споры, Ловчий стянул рубаху, но все же уточнил:
– Я пока не совсем улавливаю, в чем состоит эта возможность. И весь твой план в целом.
– Человек в рабочей рубахе привлекает куда больше внимания, чем очередной стражник. С расстояния в десяток шагов ты вполне сойдешь за своего, особенно если поднять воротник куртки – только ошейник остается проблемой, да. А еще стоит подумать о том, что за пределами гарнизона, если мы выберемся, нормальная одежда тоже пригодится.
– Если выберемся, точно. – Ловчий поднял ногу стражника за ботинок, огорченно покачал головой. – Сапоги будут малы.
– Тогда оставляем. Снимай только одежду.
Даже не поморщившись, Ловчий облачился в форму: рукава куртки были немного коротковаты, но в остальном одежда села как влитая. Пыльное и протертое рабочее рубище пустили на лоскуты и спеленали стражника, как младенца, напоследок запихав ему в рот здоровенный кляп. В процессе Рик очень кратко обмолвился, зачем им в конюшню и кто их там ждет. Ловчий вновь лишь покачал головой:
– Высокородная, которая идет на сговор с белоголовым? Сказал бы, что это полный бред, если бы не увидел сегодня множество не менее странных вещей. Но будь осторожен.
– Не любишь высокородных?
– А ты как думаешь? – Юноша поднял широкий ошейник, застегнул пуговицу. Поморщился. – Жмет… Но не думай, что это обида за прошедшие годы. Поверь, я успел провести достаточно много своих детских лет в приличном обществе. И приличное оно лишь со стороны.
– В нашей ситуации классовые различия уходят на второй план.
– Не спорю. Арбалетный болт одинаково легко прошивает и бедняка, и богача.
– Поэтому мы в одной лодке. – Сделав паузу, Рик добавил: – Но не забывай, у богача под одеждой может быть кольчуга. Поэтому она нам нужна, как и мы ей.
– Надеюсь. Говоришь, вы на пару допросили Пинкуса? Что-нибудь интересное?
– Даже не представляешь, насколько. Но расскажу позже.
Они вышли обратно в коридор, Рик запер за собой дверь. Ловчий прошептал:
– Если считать этого, то за ночь сколько? Трое стражников? Плюс Рокот. Плюс Игла и Пинкус вне игры. Впечатляет, но одновременно беспокоит.
– Что именно?
– Если исключить сам факт открытого столкновения со стражей… Так не может продолжаться вечно. Не оступимся на следующем, подножку подставит идущий за ним. Количество стражников в гарнизоне точно перевешивает наши возможности.
– Я знаю. Поэтому и хочу попасть в конюшню как можно быстрее.
– А потом?
– Мир большой.