– Теперь ты понимаешь всю щекотливость ситуации. – Эдвин провел пальцем по золоту. – Даже если его теперь может спокойно трогать кто угодно, то проверять не будем. Я уже достаточно попутешествовал со спутником, которого медленно убивают руны. Повторять не хочется.
Он крутанул медальон на столе. Тот, несмотря на гладкую поверхность, сделал меньше двух оборотов и замер, словно весил в разы больше, чем оно было на самом деле. Ани цокнула языком:
– Даже если все это правда, если ты меня не обманываешь, а твой друг не обманул тебя, то неужели это единственная причина? Тебе настолько наскучила жизнь в этой деревне, что ты отправился с ним? Это не выглядит, как приятная прогулка. – Ани кивнула головой в сторону тела на столе.
Эдвин покачал головой:
– Поверь, приятного во всем этом мало. И жизнь в Дубах мне совсем не наскучила.
– Что тогда? Деньги?
– Деньги тоже замешаны и очень большие – Сэт пообещал, что отдаст мне часть своей оплаты. Но это меня волнует не так сильно. Есть и другие причины.
– Какие?
– В день, когда Сэт появился в нашей деревне, у нас пробудился белоголовый.
Девушка вновь посмотрела с недоверием:
– Не слишком ли насыщенный день? Белоголовый в небольшой деревне в Срединных землях? Редкость, но возможно, конечно…
– Уж поверь, действительно возможно. Так мы и пересеклись, почти сразу после тряски.
– Кто был виновником? Кто-то из твоих друзей?
– Я не знаю точно, кто. – Эдвин покачал головой. – В деревню зашли гвардейцы и забрали всех, отправили на распределительный пункт большинство юношей. Я избежал этой участи только благодаря тому, что улизнул с Сэтом.
– Ты? – Ани вновь взялась за иголку. – С чего бы. Ты же упоминал, что тебе уже исполнилось двадцать два.
– Это правда, но с гвардейцами не было проверяющего от церкви. Вероятность, что мне поверят на слово, была не очень высока, сама понимаешь.
– Эти гвардейцы оказались там не случайно, так ведь? Я умею складывать два и два. Ты мастер находить интересных друзей.
– С интересными нанимателями. – Эдвин вновь крутанул медальон. – Еще одна причина. Среди прочего, мне ясно дали понять, что раз уж я стал придатком к медальону, то лучше явиться на поклон добровольно. Из Дубов забрали всех моих друзей, но там еще остались люди, которыми я дорожу. И не хочу подвергать их опасности.
– Опасности? Все правда настолько серьезно? Из-за безделушки?
– Да. Все очень серьезно. Обстоятельства нашей встречи – тому подтверждение. Сначала я и сам сомневался в том, что рассказал. Но события последних дней показали: в Мире достаточно злых людей, которые готовы убить и за меньшее.
Ани медленно кивнула, думая о чем-то своем. Эдвин почувствовал облегчение, впервые после ухода из дома он смог рассказать все или почти все, даже Парацельс услышал лишь часть истории. Зря он утаил от старика подробности; хочет Сэт этого или нет, в их историю оказалось втянуто слишком много людей. Без помощи которых они погибли бы. И поэтому…
– Ты времени зря не терял, как я вижу.
Хриплый голос заставил их обоих вздрогнуть, Эдвин дернулся и инстинктивно накрыл безделушку ладонью. Медленно повернул голову в сторону. Сэт, покачиваясь, стоял возле своей импровизированной койки, устало упираясь на нее ладонью. Второй рукой он придерживал себя за живот, словно боясь, что бинты сейчас порвутся и внутренности вывалятся наружу. Было видно, что вертикальное положение стоит ему больших усилий, но даже в таком состоянии он смог подняться абсолютно бесшумно, а карие глаза прояснились впервые за долгое время.
– Приветствую. – Он кивнул Ани, она ничего не ответила, затем перевел взгляд на Эдвина. – Не отбей ладонь. А лучше спрячь вещичку обратно в карман.
Юноша повиновался, медальон отозвался холодом. Сэт внезапно усмехнулся:
– Вижу, обстоятельства изменились. Последнее, что я помню, – как уселся на лошадь на задворках таверны Флориана. Кто эта юная дама?
– Это…
– Ани. – Девушка протянула ладонь. – Вы только что очнулись в моей лавке.
Сэт с сомнением посмотрел на нее, затем, оттолкнувшись, прошаркал через всю комнату, пожал смуглую руку торговки. Тяжело оперся ладонями на край стола:
– Решила заштопать мой жилет? Чем обязан?
– Эдвин сказал, что вы будете в ярости, если я его выкину.
Вор хмыкнул. Обвел помещение взглядом:
– Это ты дала ему одежду в тот день? Когда он ушел от меня с парой медяков, а заявился обратно с рубахой стоимостью в золотой?
– Да, это была я, – щеки Ани внезапно покрылись румянцем, – но вы оба не проявляете особой заботы об одежде.