Двери в основной кабинет были распахнуты, оттуда не доносилось ни звука. Райя сочла открытые створки за приглашение и зашагала вперед. Кабинет был украшен в том же стиле, а размерами превосходил приемную вдвое. Сверху свисала огромная рунная люстра, сейчас выключенная. По трем стенам, от пола до потолка, тянулись полки с книгами: несколько тысяч томов, даже по самым скромным подсчетам.
«Впечатляет, но как он достает что-то с верхней полки? Никакой библиотечной лестницы не хватит».
Четвертую стену практически полностью занимали окна в пол. Слуга не соврал, за стеклом витиевато уходил за горизонт столичный тракт. Спиной к окну, за огромным столом елозил пером по пергаменту худощавый мужчина в очках-половинках. Полки с книгами не обманули, он действительно был похож на библиотекаря. Среднего возраста, короткая, аккуратная стрижка, гладко выбритые щеки и простая, застегнутая на все пуговицы белая рубашка. Глаза Райи сразу пробежали по серебряным запонкам в рукавах, защелке для галстука из того же металла на груди, хотя удавку мужчина не носил. Привратник умел демонстрировать достаток вполне изящно, чтобы не скатиться до показушничества.
«Берегись, это явно не толстяк Хейзел».
– Господин Стомунд София?
Мужчина поднял глаза, аккуратно отложил перо.
– Госпожа Райя Гидеон. Прошу извинить меня за эту задержку.
Он вышел из-за стола, протянул ей руку. Рукопожатие было сухим и крепким. Стомунд пригласительно указал ей на мягкий стул по центру, она уселась, привратник вернулся за стол. Она посмотрела в глаза, искаженные очками-половинками. Привратник сложил ладони перед собой.
– Готов поспорить, что знаю, о чем вы думаете. – На его лицо наползла легкая полуулыбка. – Второе имя редко дается в честь матушки, все верно.
– Что же произошло? – Райя склонила голову, подтверждая свой интерес.
– Увы, моей матери всегда не хватало смирения. В какой-то момент отношения между родителями стали довольно напряженными, а потом и вовсе оказались разрушены. Матушка, с присущей ей целеустремленностью, добилась того, чтобы имя отца было вымарано из документов, а меня переименовали в ее честь. Я тогда был совсем ребенком, поэтому существенного влияния на мою жизнь перемена не оказала. Зато, – улыбка стала чуть шире, – немногие могут похвастаться тем, что записаны в честь матушки.
Райя оценила подход привратника. Начать разговор с личной истории – избито, но действенно. Интересно, как часто он разыгрывает эту карту при новых знакомствах?
Стомунд пальцем поправил очки.
– Я ожидал ваш приезд немного позднее, но вчера вечером отложил все дела и назначил нашу встречу на утро. К сожалению, во время завтрака вмешались обстоятельства, которые и привели к задержке. Надеюсь, ожидание было не слишком томительным.
– Отнюдь, я и моя камеристка скоротали время за чаем. Ваши слуги очень обходительны.
– Эти люди не прислуживают мне лично, и все же благодарю вас за теплые слова. Как прошло ваше путешествие?
– Оно еще не окончено, но не сомневайтесь, все чудесно. Вы получили приветственные дары?
Стомунд сдержанно кивнул:
– Пока не имел возможности оценить лично, но мне передали, что столичные дары, как всегда, прекрасны и подобраны с должным вниманием. Фарот выражает свою благодарность. Вместе с тем его величество правитель Осфетид пожелал моими устами уведомить вас, что он знает о вашей миссии. Принимая во внимание, что из столицы не поступал запрос на личную аудиенцию с правителем, он выражает вам почтение и желает добра и успеха во всех начинаниях. На все ваши вопросы уполномочен ответить я, во благо Аргента и его владычества Вильгельма.
– Передайте его величеству благодарность за теплые слова. Вы правы, из столицы не поступал приказ на аудиенцию с правителем, но нет никакого смысла тревожить столь занятого человека. Учитывая причины, послужившие катализатором для моей миссии, на все вопросы, я уверена, вы сможете ответить лучше, чем кто-либо другой.
Стомунд улыбнулся; он несомненно заметил, что она заменила слово «запрос» на «приказ». Столица никогда не просит, она требует. И если привратник хотел намекнуть на что-то иное, то его ждет горькое разочарование. Худая рука взялась за колокольчик.
– Простите мои манеры, так много работы… Желаете чего-нибудь для начала? Травяной чай? Воду?
– В чайной комнате нам подали чудесный травяной напиток, думаю, я с удовольствием выпью еще чашечку.
Пить не хотелось, но чашка в руке всегда дает ряд преимуществ. Например, позволяет скрыть замешательство. Или потянуть время. Привратник кивнул, подвигал кистью. Раздался звон, слуга тут же вынырнул из дверного проема.