«Клятый сын своего отца. Дормер, был ли ты прав, сказав, что я постучусь в твою дверь? Уверен, что нет. Но я помню».
Холодные северные глаза уставились на замочную скважину, он замер в ожидании.
Глава 13. Эдвин
День подходил к концу. Чертовски изнурительный день, надо признать. Никогда еще Эдвин не проделывал такой долгий путь пешком, еще и голодным. По пути им встретилась небольшая речушка; к этому моменту казалось, что во рту вместо языка ворочается распухший кусок плоти. Он долго и жадно черпал воду ладонями, Сэт набрал до краев флягу, путники умылись. Раньше обычная вода не казалась юноше такой вкусной, а ведь они пробыли в пути меньше суток. Жажда отступила в сторону, еще больше обнажив проблему голода. Утренние остатки мяса и ягоды давно провалились в небытие, а то было много часов назад. Солнце уже частично скрылось за верхушками деревьев вдалеке, на землю легли длинные тени. Сэт, все так же без устали, шагал вперед. Сделать остановку ради сбора ягод старый вор не пожелал.
«Увидишь на пути малиновый куст, разрешаю нырнуть туда с головой, останавливать не стану. Но сходить с пути мы не будем, особенно без уверенности в успехе. Берега ждут».
И на этом все. Конечно же, никаких кустов, кроме неприветливых и колючих, по пути не встретилось. Кролики не спешили выбегать под ноги путникам, птицы не валились с неба в походный котелок, которого, кстати, тоже не было. Пожелтевшая трава мялась под ногами, живот крутило от голода, но Эдвин терпел. Воображение рисовало, как они заходят в Берега, он отворяет двери тамошней таверны и… И что? Денег у Эдвина с собой не было, старый вор тоже не звенел при ходьбе монетами. А бесценный медальон на то и бесценный, его не превратить в еду. Как и мечты о горе золотых монет. На эти мысли живот отзывался жалобными стонами, Эдвин стиснул зубы, оставалось одно. Ему придется довериться Сэту.
За последние два дня это стало неотъемлемой частью его существования – и это раздражало. Раньше он сам был тем, на кого можно положиться, знал куда нужно идти, что и как нужно делать. Он был ответственен за матушку, поддерживал Вамоса, получал заботу и поддержку в ответ. В какой-то мере это осталось неизменным, он шагал по жухлой траве ради этих людей, ради себя, ради будущего, уж точно не ради золотых монет. Но в руках вместо золота была пустота, вместо родных лиц его окружил монотонный пейзаж, осознанность сменилась непониманием. Простые вещи стали сложными: прием пищи, глоток воды, место для сна – все это из обыденности превратилось в дар. И как получить все эти дары, Эдвин не понимал. Оставалось надеяться, что старый вор знает, что делает.
Успокаивало одно – даже в схватке с военными он никого не убил. Мог, но не убил. Двое гвардейцев лежало ничком под ногами, одно движение, и погоня не досчитается людей. Сэт предпочел бежать, зная, что он купил им всего несколько минут времени. Было ли это милосердием? Принципами? Глупостью? Этого Эдвин тоже не знал. Но верил, что Сэт не пырнет кухонным ножом несчастного конюха ради пары деревенских кляч. Или трактирщика ради горстки яблок. Пострадал ли кто-то, когда Сэту потребовалось забрать медальон, – об этом Эдвин предпочел не думать. Он знал, что ответ может не понравиться.
Тюк! Задумавшись, он не заметил, как вор замер на месте, уткнулся ему в спину. Сэт устало хмыкнул, указал пальцем вперед, Эдвин всмотрелся в горизонт. Огоньки! Огоньки, наконец-то! Внутренний голос подсказал, что со вчерашнего дня не каждому отблеску факела стоит радоваться. Юноша осторожно спросил:
– Успели до темноты. Это же хорошо, да?
– Ты мне скажи. Похоже это на знаменитые Берега, перевалочный пункт для усталых путников?
Юноша проигнорировал сарказм.
– Это Берега, сомнений нет. Видишь три огонька выше остальных? Это церковная башенка, легко приметить.
– В деревне есть церковник? – Сэт мрачно взглянул на него. – И когда ты там был последний раз?
– Пять лет назад. – Он поймал взгляд вора. – Что? Берега и Шепчущие дубы не отличаются ничем, разве что Берега чуть побольше, ну и дома повыше. Не знаю, как развлекаются люди в столице, но мы не ездим в соседние деревни просто так, только по делу. А какие тут могут быть дела? Вамос врал близко к правде: последний раз мы катались сюда, когда он заказывал инструменты у местного кузнеца. И что ты имеешь в виду под церковником?