— Будет сделано, государь.
От нового гипертуннеля до Тессы около часа пути.
— Полная боевая готовность, — говорю я. — Ждите!
Он связывается со мной через десять минут.
— Мы засекли флот, государь. Ждем.
Я делаю еще один глоток красной воды.
Вести от Сергея. Он держится. Молодец!
Снова на связи Роман Миронов с Тессы.
— Государь, флот из нового гипера уходит.
— Уходит? Куда?
— На Дарт.
Господи! Сюда-то зачем?
И я переключился на Анри Вальдо.
— Добрый день, Даниил Андреевич, — раздался его насмешливый голос. — Что же вы меня не слушаете?
— Месье Вальдо, что вы здесь делаете?
— Смотрите! Скоро увидите.
Я увидел через четверть часа. Анри уходил во второй новый гипер, последний, открытый метаморфами, тот, который ведет с Дарта на Кратос.
Я связался с Букаловым.
— Адмирал, ждите Анри у вас в тылу.
— Нам его расстрелять?
Я задумался. Нет, не мог Вальдо так глупо подставиться. Он же понимает, что у Сергея хватит сил спалить его пять посудин.
— Без моего приказа — нет, — сказал я.
Потянулись бесконечные минуты. Я измеряю их глотками воды. Стакан еще наполовину полон.
— Они появились, — наконец сказал Сергей. — Их почти не видно, скрыты тенью Кратоса. Если бы не ждали — вполне бы могли прошляпить! Стрелять?
И тогда я совершенно четко увидел будущее: яркая картинка с деталями, словно высвеченными прожектором.
— Нет! — почти закричал я.
Корабли Анри Вальдо поднялись над основным флотом империи и, по-прежнему скрытые тенью Кратоса, обрушили всю свою мощь на махдийский флот. За несколько секунд махдийцы потеряли двенадцать кораблей, в том числе три линкора.
Я широко перекрестился, хотя не считаю себя особенно верующим, и, наконец, допил воду.
— Слава тебе, Господи! — сказал я красному небу Дарта.
— Как вам фейерверк, государь? — поинтересовался Вальдо.
— Вы были великолепны, Анри! — сказал я. — Можете считать, что адмиральский мундир у вас уже в шкафу.
Ты мне чуть инфаркт не устроил, сволочь!
— Вы обещали мне другую награду, — заметил Анри.
— Потом обсудим, месье Вальдо, не сейчас. Бой еще не кончен.
Практически кончен, дальнейшее напоминает избиение. У нас слишком большой перевес.
Я ни разу не одерживал такой чистой и несомненной победы.
Мы с Юлей усыновили двоих детей Дарта: мальчика того самого Винсента, которого мы нашли в губернаторском дворце, и который оказался сыном губернатора, и трехлетнюю девочку по имени Далия, понятия не имею из какой семьи, она знала только свое имя. Я понимаю, что отцовство мое ненадолго, и заботы о них скоро перейдут к моим родителям, мне не совсем удобно их обременять, но я хочу показать благой пример гражданам империи, надеюсь, что детей, прибывших с Дарта, разберут по семьям.
Винсент и Далия оба светловолосые и очень бледнокожие, как все родившиеся на Дарте. Мама моя говорит, что им надо подстраивать биомодераторы, иначе излучение солнца Кратоса может оказаться для них губительным. В общем-то, это не проблема.
На Дарт пришли несколько транспортов с продовольствием и новыми поселенцами. Я обещал им освободившуюся недвижимость и высокие зарплаты на предприятиях Дарта при условии усыновления минимум двоих детей. Желающие нашлись.
Мое присутствие на Дарте больше не казалось необходимым, и через месяц мы отправились в обратный путь.
Леонид Аркадьевич сменил меня, тем более что очень рвался. Я поразился скромности его наряда и деловому настрою.
Кратос встретил меня очередным салютом. И Хазаровский был явно ни при чем.
На пресс-конференции по прибытии я заметил, что такой встречи более заслуживали Сергей Букалов и Анри Вальдо, чем я.
Анри подошел ко мне на банкете, посвященном моему возвращению и заодно победе месячной давности. Признаться, я боялся этого разговора и готовился к нему. За месяц, пока я решал проблемы Дарта, Вальдо уже пару раз напоминал мне о моем обещании.
На нем синий адмиральский мундир, парадный, с серебряным шитьем. Я порадовался тому, что он его надел, были опасения, что оставит дома. Идет ему не меньше, чем форма Республиканской Армии Тессы. Впрочем, какая там форма! Демократический свитер, голубая куртка и берет.
— Государь, как относительно вашего обещания? — спросил он.
«Государь». Тоже хорошо.
— Вы блестящий полководец, месье Вальдо, но хорошим подданным еще не стали. Неужели нельзя было предупредить о вашем маневре хотя бы меня?