На миг Юлино лицо приобрело отсутствующее выражение, и стекло медленно поползло вниз, открывая еще пять сантиметров — окна управлялись через устройство связи.
Через полчаса у нас был назначен общий совет: Юля, наконец, решилась выйти на связь со своими и пригласить их сюда.
— Только смотрите, осторожнее!
То есть, смотрите, чтобы не было слежки.
Теосы зашли в «Храброго зайца» минут через десять после нашего бегства, проверили у всех регистрацию и вежливо распрощались.
Может быть, зря паникуем, и не так страшен черт? Я, признаться, решил, что сыворотка, которую вводят метоморфы, дает им возможность абсолютного контроля над сознанием. Видимо нет. Не изобрели еще такого. Для контроля над сознанием в двух шагах должен сидеть сотрудник Службы Безопасности Кратоса с нацеленным на тебя включенным биопрограммером. Или тебя самого должны привязать к столу под стационарным вышеупомянутым устройством, как это делают в пресловутых Центрах Психологической Помощи.
Тогда зачем им эта бодяга? Для того чтобы стянуть деньги со счетов тессианцев и перевести их в местные банки достаточно собрать заявления по Сети. Поток информации, конечно, чудовищный, но Сеть выдерживала и не такое. Времени займет час.
Очереди на инъекции. Огромный медицинский штат с препаратом и инъекторами. Время, наконец!
Такое впечатление, что они просто метят своих. Каких своих? Препарат вводят всем тессианцам. Отсев шпионов Кратоса? Слишком сложно и дорого!
Юля рассказала о своей регистрации, отчаянно, чуть не заламывая руки.
— Не нервничай, — сказал я. — С чего ты взяла, что это опасно?
А про себя подумал: «Жаль, что меня не было рядом».
— Видела, — сказала она. — Я же вижу будущее. Там тьма и покой, Даня. Они просто убивают нас!
— Ерунда! Брось! Зачем им это нужно? Да и твоя команда, вроде, в порядке.
— Он говорил о пяти-семи днях. Через пять дней у нас может ухудшиться самочувствие. Это значит, что сыворотка начнет действовать. У нее есть скрытый период. А через пять-семь дней она нас всех убьет.
Я поцеловал ей руки, синеватые дрожащие губы, полные слез глаза.
— Успокойся, Юлия. Это только догадки. Я ничего такого не вижу.
— Тебе не вводили эту гадость!
— Я был рядом и должен был почувствовать. Я сильнее тебя!
Она опустила голову.
Я лгал, я тоже чувствовал приближение беды. Но не так конкретно, не так осязаемо, как она. Все же она в чем-то ошибается… Или нет?
— В любом случае надо действовать и искать выход, а не слюни распускать, — сказал я. — Пока ты жива, ты можешь выжить.
— Надо освободить Алисию, — проговорила она.
Мне показалось, что она хочет добавить что-то еще, но не решается.
— Это очень важно, — сказала Юля.
— Хорошо, — кивнул я. — И надо сматываться с этой проклятой планеты.
Из прихожей раздался грохот. Я обернулся, крикнул:
— Кто там еще?
В комнату заглянул Артур. Он бледнее серого неба за окном.
— Это я, — проговорил он с неожиданной хрипотцой. — Вешалка упала, — он нашел в себе силы улыбнуться.
— Где ты был? — прошептала Юлия, бросилась к нему, схватила за грудки, — А ну, говори, где ты был?
Он нежно убрал ее руки.
— В супермаркете, мама. Купил продукты.
— Что с тобой случилось? — не унималась она.
— Ничего, все в порядке.
— Да? Ты бледный как смерть! Ты зарегистрировался?
— Нет, конечно. Просто, я случайно слышал ваш разговор.
— А-а, — она отошла к окну, коснулась лбом холодного стекла. — Даня, иди сюда.
Я подошел.
Внизу, между деревьями сада, разбитого на уровне пятидесятого этажа, вилась очередь. Слишком редкое явление для Тессы, чтобы с чем-нибудь спутать.
— Ты зарегистрировался? — глухо спросила Юля.
— Нет, — сказал Артур. — Я туда не спускался, мама. Супермаркет выше. Снял деньги с твоего счета. Извини!
Она сделала шаг от окна, все еще опираясь на него рукой, на стекле остались следы от пальцев, опустилась в кресло.
Она не поверила.
Потом, ночью, когда она спала, Артур рассказал мне все, сидя на кухне и обжигаясь чаем. Его даже не пришлось особенно уговаривать, сам хотел с кем-нибудь поделиться.
— Как это произошло? — спросил я.
— Что?
— Как ты зарегистрировался? Я понимаю, что ты не хочешь, чтобы знала мать, и правильно делаешь, но я знать должен. Удар меня не хватит, но, возможно, я смогу помочь.
— Думаешь, возможно помочь?
— Не знаю. Будем искать. Ты рассказывай.
— В супермаркете вдруг закрыли все кассы кроме двух, образовались очереди. Потом объявили, чтобы все, кто платит не со своего счета, становились в одну кассу, а остальные в другую. Мне пришлось поменять очередь. Понять со своего ли счета платишь — проще простого.