Мой собеседник усмехнулся.
— Присаживайтесь, присаживайтесь.
— Спасибо, — сказал я.
— Даниил Андреевич, вы у нас находитесь на контроле, как метаморф, — при слове «метаморф» я поморщился. — Хорошо, как Преображенный, — продолжил он. — И в сообщениях вашего имплантата зияют многочисленные пробелы. Вы не могли бы объясниться?
Я развел руками.
— Быть может, техника барахлит?
Он хитро взглянул на меня: «Не верю ни одному вашему слову!»
Я изобразил полную невинность.
— Техника надежная, — заметил он.
— Возможно, некоторые проявления Т-синдрома могут вносить помехи или блокировать сигнал, — сказал я, и это было почти правдой.
— Мы раньше с этим не сталкивались.
— Странно.
Действительно, странно. Не у меня же одного цертис!
— Вероятно, за мною вы следите внимательнее, чем за остальными, — предположил я. — Поэтому не заметили других подобных явлений. Но я охотно заполню пробелы в ваших знаниях. Что именно вас интересует?
— Хорошо. Расскажите об Огненном Братстве.
Я кивнул и изложил все, что мне известно.
— Что вы там делали? — резко спросил следователь.
— Искал причину Т-синдрома и средство от него.
— Вы не врач.
— Я больной, это больший стимул. Врачи занимаются проблемой более двадцати лет и до сих пор ничего не поняли. Возможно, причина лежит вообще не в медицинской области.
Он удивленно приподнял брови.
— Где же?
— Мне кажется, что на богослужении этой секты я начал кое-что понимать, но мне надо закончить исследования и проникнуть на верхние уровни. Обещаю следить за тем, чтобы мой имплантат исправно выдавал информацию.
— Что вы поняли?
— Это только догадки. Право, боюсь вас насмешить. Но после представлю подробный доклад, обещаю.
— Так, Даниил Андреевич, это все хорошо, но этого недостаточно. Поэтому вставайте и пожалуйте вон на то креслице.
— Ничего не имею против, но должен вас предупредить, что располагаю сведениями пятой степени секретности, и на мой допрос с помощью допросного кольца нужно разрешение Императора.
— Нас не предупреждали об этом, — заметил он.
— Проверьте. Я никуда не денусь. Заодно передайте Владимиру Юрьевичу, что я теперь знаю, почему такой уровень секретности.
Это игра на грани фола. Что если Страдин устроит мне персональный допрос со следователем с пятой степенью допуска, чтобы выяснить, откуда я это знаю? Но я слишком ясно вижу будущее. Не успеет!
— Хорошо, проверим, — сказал службист. — Можете идти.
— Я могу дальше работать по Огненному Братству?
— Пока да.
Я беспрепятственно покинул здание и взял общественный гравиплан в двухстах метрах от него. Сколько времени у них уйдет на проверки? Учитывая уровень секретности, возможно, сутки. Суток мне хватит.
Я связался с секретарем имперской администрации, через которого обычно добивался аудиенций у Страдина или выходил с ним на связь.
— Александр Николаевич, у меня для государя срочные сведения особой важности. Речь идет о нескольких часах.
— Подождите, Даниил Андреевич. Я свяжусь с вами.
Я парю над центром города, стараясь не особенно удаляться от императорской резиденции. Это небольшой особняк, окруженный садом за черной литой оградой. Он кажется доступным и почти беззащитным, что является опасной иллюзией. Охрана и электронные средства защиты и слежения здесь не хуже, чем в центральном офисе СБК.
Секретарь связался со мной через полчаса.
— Через час у императора окно десять минут. Хватит?
— Да.
— Он ждет вас.
Часа мне хватило на то, чтобы перекусить в ближайшем кафе.
Солнце уже клонится к закату, бросая на скатерть вытянутые теплые прямоугольники света. С улицы доносится обычный городской шум. И я стараюсь сосредоточиться на солнечных бликах, белом шитье скатерти, мелких осенних цветах в маленькой вазочке и этом городском шуме. Чтобы отвлечься, чтобы успокоиться. Я на взводе после визита в СБК, как бы я там не держался, а мне предстоит еще один непростой разговор.
Страдин принял меня в том же роскошном кабинете, который еще по прилете на Кратос внушил мне отвращение своей официозностью.
— Прошу садиться, Даниил Андреевич, что у вас стряслось?
— Государь, через несколько дней будет атака метаморфов на Кратос. Нужно немедленно выслать флот к выходу из гипертуннеля. Возможно, мы еще успеем раньше.
Император побледнел.
— Откуда сведения? — резко спросил он.
— Преображенные видят будущее.