— Значит так, — затянул он снова, — штаны Паня постирает, потом как-нибудь повесит сушиться вместе со всем бельем. Дуй домой под одеяло, одежду спрячь, фонарик положи на место.
— Спасибо, — трясясь от холода сказал я, — Почему вы мне помогаете?
— Вы, московские, сплошные неженки, — сказал дед, скручивая сигарету, — всего боитесь. Мать с отцом у тебя хорошие, но слишком тебя берегут, а ты… Если сейчас из-под материнской юбки не выползешь — не бывать тебе мужиком. Так что я такие вылазки всячески поддерживаю.
— Спасибо.
— Потом доложишься, скажешь, в чем ошибся при планировании вылазки!
— Т-так т-точно! — бодро сказал я, ощущая, как моя кожа превращается в гусиную. У меня начали стучать зубы.
— Марш домой! — приказал дед Максим и ушел, захватив мыло и штаны. Я резво помчался выполнять приказ, перелез обратно через подоконник, закрыл окно, запихал в мешок верхнюю одежду и нырнул под одеяло. Постепенно я перестал трястись и быстро заснул.
Глава IV
Утро для меня наступило позже обычного. Я проснулся от запаха яичницы с колбасой и от звука шкворчащего на сковородке масла. Нацепив шорты и майку, я выскочил на кухню, где мне торжественно вручили тюбик пасты и зубную щетку. Мама была непоколебима, пришлось умываться и чистить зубы. Родители не заметили мою ночную вылазку или умело скрывали свои эмоции.
Хорошенько насытившись, я запрыгнул на велик и поехал разыскивать друзей, пока меня не начали травить парным козьим молоком (жуткая гадость!). Заехал к Вовке, мне сказали, что он еще спит. В двенадцать-то дня! Видимо, вчерашний поход дался ему тяжело. Машку я не нашел, но это было не удивительно. Она либо гуляла как кошка, сама по себе, либо отсыпалась в своем шалаше у железной дороги.
Сегодня должен был быть неплохой день, у нас планировалась игра в казаки-разбойники, но на велосипедах. Нормальных правил мы так и не придумали, поэтому пришлось брать массовостью — 15 человек на велосипедах, место действия — вся территория поселка, ограничение времени — три часа (до обеда). Шесть казаков, девять разбойников. В начале игры разбойники разъезжались по поселку и прятались (если не очень хорошо гоняли), либо намеренно немного отставали и дразнили казаков. Разбойник считался пойманным, когда казак догонял его и дотрагивался до него рукой. После этого пойманные разбойники под конвоем блюстителей порядка отправлялись в тюрьму — «отстойник», как мы ее называли, где занимались своими делами и ждали окончания игры, обзывая нехорошими словами проезжающих мимо казаков.
Мне выпало быть казаком и мой верный «Таир» уже рвался вскачь, однако пришлось, закрыв глаза, отсчитывать подлые три минуты. Естественно, всех разбойников уже и след простыл.
— Одного мы точно найдем, — прошептал мне на ухо Игорь с усмешкой. Он тоже был казаком в этом раунде.
— Всех найдем, не сомневайся, — самоуверенно сказал ему я, — А что?
— Сашку найдем по запаху, — радостно рассмеялся Игорь, поглаживая руль своего древнего «Салюта» — Пока он с кем-то болтал, я примотал ему под крыло велика дохлую крысу…
— …А сам он ее не снимет, потому что брезгливый, — закончил мысль я, — Ты опасный человек, Игорь.
— А то, — мой сосед был невероятно горд собой.
— Как тебе удалось протащить ее сюда без запаха?
— Легко! Я завернул ее в пакет, который не пропускал воздух. Под крылом он будет тереться об шину и порвется!
— Ты просто чудовище. Но я рад, что ты на нашей стороне.
— Я только на своей стороне, друзья, только на своей…
Рванув с места, мы начали патрулировать улицы. По новой тактике, которую придумал в последний момент подъехавший Вовка, казаки разъезжались двумя двойками в разные стороны, а оставшиеся двое ложились в засаду на узловых перекрестках и пытались пешком осалить проезжающих мимо разбойников.
В паре с Вовкой патрулировать было весело, потому что он всегда рассказывал мне какие-то новости из мира музыки, которые он черпал из журналов и канала MTV. И так, под разговоры о забавном исполнителе Ману Чао, который пел на пяти языках, мы обнаружили первую пару разбойниц — это были две девчонки, которые не очень-то хорошо спрятались и хотели отсидеться в тупичке между участками (на самих участках прятаться было нельзя).