Оставив Феликсу рацию, старшина, оба сержанта и солдат с собаками покинули столовую и исчезли за поворотом. Воспользовавшись электронным ключом, старшина разблокировал замок. Открыв тяжелую огнеупорную дверь, он вместе с подчиненными скрылся во мраке. Раздался далекий сигнал. Дверь захлопнулась. Феликс остался один.
Люминесцентные лампы сияли ровным светом. Через минуту простоя в столовой, сержанту стало не по себе. Он все время думал о происшествии. Кто мог напасть на Ершова? Здесь не так много выходов на поверхность. У них и раньше бывали гости, но их всегда удавалось перехватить. Встретив патрульных с автоматами, нарушители становились вежливыми и кроткими как монашки. Напасть на солдата мог только сумасшедший. На всякий случай Феликс открыл кобуру и прошелся до двери.
Приложив пластиковую карту к настенной пластине, он разблокировал замок и вышел на освещенную площадку. Здесь сержант к своему большому удивлению столкнулся с двумя оборванцами – дети бомжей, не иначе. Оба затравленно озирались по сторонам. Мальчишки, увидев его, ничуть не испугались, скорее наоборот.
– Значит, это из-за вас здесь столько шума? – произнес он, поглаживая курок пистолета.
На парне покрепче был красный комбинезон, разорванный на груди. На лице и руках сплошь кровоподтеки, синяки и ссадины. Складывалось впечатление, что беднягу избивал целый полк. Его товарищу повезло больше. На хилом пареньке со скошенными плечами была бесцветная клетчатая рубашка с длинными рукавами и спортивные штанишки. Лицо нетронуто, не считая пары царапин и грязи. Оба едва держались на ногах.
– Пожалуйста, мы…
– Говорить буду я, – оборвал Феликс, пощипывая ус. – Вы, наверное, братья?
Парни переглянулись. Вопрос показался им странным.
– Нет. Мы даже не родственники.
– Как звать?
– Я Дмитрий Скворцов, а это мой друг Константин Немоляев, – уверенно ответил парень в комбинезоне.
– Что понадобилось внизу?
– Мы нашли вход на заводе, спустились и…
– Ни слова больше. Меня не интересует, как вы сюда попали. Я спрашиваю: с какой целью?
– Просто хотели посмотреть что внизу. Потом нашли бункер и заброшенную станцию. Там мы встретили его…
– Кого?
– Маньяка.
– А ему-то что здесь понадобилось?
– Мы не спрашивали!
– Мы диггеры, – выпалил чахлый паренек.
Феликс нахмурился. Это многое объясняло. Чудики в именных касках появлялись здесь и раньше.
– Теперь мне все ясно, – сухо произнес сержант, включив рацию. – Мог бы и сам догадаться. С вашей стороны глупо и опасно лезть на амбразуру. Вы нарушили границу первый и последний раз. Эти тоннели собственность министерства обороны. Есть соответствующий указ, согласно которому военные объекты под юрисдикцией высшего командования вооруженными силами считаются секретными зонами класса Абсолют.
– Что это значит?
– Это значит, что даже мэру Москвы запрещено здесь находиться, – с гордостью объяснил сержант.
– Где же мы? – спросил плечистый парень назвавшийся Дмитрием.
– Так я вам и сказал, – уголком рта улыбнулся Феликс, приложив рацию к уху.
Хитрый диггер попался. Парней могли специально подослать, чтобы заговорить ему зубы. На всякий случай Феликс достал пистолет. Если вдруг нагрянут их дружки в именных касках он будет готов к встрече.
Заметив оружие в его руках, мальчишки попятились.
– Вы чего? – пролепетал тощий паренек.
– Имейте в виду, это пистолет марки Глок. У него автоматический предохранитель и магазин на семнадцать патронов. Без перезарядки можно положить целое отделение, а я прекрасно стреляю.
– Зачем нам это знать? – с тревогой спросил парень в комбинезоне.
– Подумайте об этом, прежде чем дать мне повод или натравить на меня своих приятелей.
– Мы здесь одни.
Внезапно рация громко зашипела, заставив Феликса отдернуть руку. Из динамика и тоннеля одновременно раздались выстрелы. Сквозь механический шум пробился голос старшины:
– …Ты это видел?
– …Вижу. Вот он! – голос Стравина потонул в выстрелах и гавканье собак.
– …Этот гад швыряется ботинками!
Феликс слегка опешил, посмотрев в ту сторону, откуда доносились звуки. Стрельба в тоннелях разрешалась только в крайнем случае. Кругом висели кабели и распределительные щиты. Да и что группе вооруженных солдат могла противопоставить кучка нарушителей? Ясно одно, начальство такой ход не одобрит.
– Доложите, что у вас происходит! Вы что там все с ума посходили? – прокричал сержант в динамик.
– …Олег убит, – не сразу произнес старшина. – Давно такого не видел… Это уж слишком…
– Убит? – не своим голосом переспросил сержант.
Внутри все похолодело. Час назад этот веселый любознательный парень шел вместе с ним по тоннелю. Они разговаривали тогда последний раз. Теперь он мертв. Не стоило его оставлять одного. Это был его просчет. Первый и последний. Феликс направил пистолет на мальчишек.
– Не двигаться! Вы арестованы!
– Но мы, – попытался объяснить парень в комбинезоне.
– Молчать! Застрелю!
– …Феликс, мы обнаружили нарушителя… Ты меня слышишь?
– Диггера? – побледнел сержант. – Я задержал двоих. Сколько еще нарушителей?
Старшина, по-видимому, его не услышал. Из динамика доносились только голоса людей и лай овчарок.
– …Где он?
– …Вот он! Нет не там! Смотри!
Раздалась автоматная очередь. Кто-то пальнул из пистолета. Следующая серия выстрелов смешалась с утробным рычанием овчарки. Феликс целился в нарушителей, попутно слушая далекую канонаду, и не знал, как поступить. Складывалось впечатление, что началась война. Так просто. Тишина и покой, а потом вдруг стрельба.
– …Это какой-то бродяга, – наконец сообщил старшина. – Очень ловкий и высокий. Сначала стал кидаться в нас ботинками, а потом… Потом…
– Что?
– …Все равно не поверишь.
– Говори уже!
– …Потом пополз по отвесной стене.
В глубине тоннеля прогремело стаккато автоматной очереди. Кто-то из солдат не выдержал, спустив весь рожок. Сия вопиющая расточительность не осталась без внимания. Феликс пришел в себя и спрятал пистолет. Хорошо хоть гранаты им не выдают. Старшина, кажется, забыл устав и чересчур увлекся, устроив здесь второй Сталинград.
– Прекратить огонь! – строго потребовал Феликс. – Не знаю, кто у вас там ползает по стенам, но это не дает вам право стрелять. Сами знаете, что вы можете повредить…
– …Во второй тоннель! – сорвался удаляющийся голос Стравина, вперемешку с лаем обезумевших овчарок.
– …Вижу! Фас! Фас!
Раздался топот ног, следом грохот и падение чего-то металлического. Сквозь помехи прорвался визг собаки. Громкий удар, хруст выворачиваемых костей. Под аккомпанемент снова стрельба.
– …Что с псиной сделал?
– …Я вам говорил, цельтесь в голову!
– …Слишком быстро. Не могу прицелиться.
– …Вижу его! Вот он опять! Правильно, беги, сволочь!
– …Михеев, вернись! Это приказа! Эй, что встали? Давайте за ним!
– Куда? Что происходит? – задрожал Феликс, сделав знак мальчишкам, чтобы те подошли ближе.
Тяжелый голос старшины звучал отрывочно. Помехи поглотили речь, выдавая непонятные обрывки:
– …Во второй тоннель… Преследуем… Оттуда… Он… К тебе… Немедленно… на базу… Приказываю…
– Пожалуйста, идемте! – взмолился паренек в рубашке, боязливо озираясь по сторонам.
На площадку опустилась гнетущая тишина. Где-то вдалеке состав отделения всем скопом преследовал нарушителя. Постепенно голоса оборвались. Издалека приносились только звуки одиночных выстрелов. Вскоре стихли и они. Осталось лишь размеренное завывание ветра. Натриевые лампы над головой сияли желтоватым светом.
– Скорее, – снова поторопил Костя.
– Что он сказал о тоннеле? – спросил Дима.
– Второй тоннель у первого склада, – пояснил Феликс. – Он аварийный. Оттуда есть выход на Калининскую линию. Технический коридор огибает сектор по кругу и возвращается на головной пост.
Он ткнул пальцем в правый конец тоннеля.