– Старший лейтенант Гончаров, – объяснил рябоватый солдат, указав на Антона, – утверждает, что преследовал преступников.
Антон быстро поднялся и кое-как пригладил растрепавшиеся волосы. Мужчина в форме пожал ему руку, попутно осмотрев с ног до головы. Антон догадался, о чем тот думает. На представителя власти он сейчас был мало похож. На теле болталась рваная рубашка. Брюки стерты до дыр. На ногах сбитые туфли. Да и сам еще слишком молод, чтобы быть начальником. Только подвесная кобура с табельным оружием на плечевом ремне выдавала в нем должностное лицо.
– Вы Антон Иванович Гончаров? – с тенью сомнения на лице спросил военный.
– Да.
Антон раскрыл кожаную книжечку и показал ему документы. Оба солдата тоже заглянули туда, пока их не потеснил старшина.
– Хорошо, – кивнул мужчина и обратился к подчиненным. – Только что сверху поступило извещение. В метро пропали несколько человек. Прошлой ночью там была настоящая паника. Вызвали МЧС и ОМОН.
Солдаты присвистнули. Даже те, что тушили огонь, на некоторое время остановились, выглянув из дверного проема.
– По неподтвержденным данным пропали два обходчика и три сотрудника милиции. Восемь часов назад группа из пяти человек спустилась в придаточный тоннель в районе станции «Марксистская». В обнаруженной ими земляной полости случился обвал.
– Оперативно работают, – с иронией заметил рябоватый солдат.
– Отставить. – Старшина посмотрел на лейтенанта. – Наши уже обследовали место рядом с третьей штольней и пришли к выводу, что вы погибли.
– Был обвал, – кивнул Антон. – Нас было трое, но мы успели перебраться в соседнюю пещеру. Под Калининской линией есть вход в систему карстовых пещер. Эти тоннели тянутся на многие километры и соединяются с другими более глубокими.
– Так вы и попали сюда, лейтенант? – спросил старшина, с отвращением разглядывая обугленную головешку.
– Не совсем. Строго говоря, меня и быть здесь не должно, – улыбнулся Антон, но, поймав недоумевающий взгляд военного, поспешил добавить: – Расследование было поручено капитану из нашего управления. Потом его убили… В общем, это долгая история.
– Разберемся. – Мужчина в ветровке нахмурился, внимательно рассматривая труп. – Теперь нас в покое до пенсии не оставят, если мы вообще ее получим. Это же надо пустить на секретный объект психа и потерять человек! После такой разрухи военная прокуратура перетряхнет тут все от поверхности до этих чертовых пещер.
– Я вам, конечно, помогу, – заволновался Антон, которому совсем не хотелось, чтобы его фамилия фигурировала в делах расследуемых в высших эшелонах власти. – Сделаю все, что в моих силах…
– Только не наседайте на него слишком, он ведь «Всего Лишь Лейтенант», – рассмеялся Кравцов. Из глотки вырвалось противное бульканье, и обходчик застонал, подавившись брызнувшей изо рта кровью.
Антон помог ему приподнять голову.
– Пусть принесут носилки, – распорядился старшина, обратившись к солдату рядом.
Подчиненный убежал наверх. Мужчина тем временем положил автомат на пол и присел рядом с трупом. Посветив фонариком туда, где когда-то было лицо, он стал внимательно его изучать.
– Лучше к нему не приближаться, – посоветовал Антон. – Я стрелял в него из автомата почти в упор, но он не умер. Непонятно, как с такими ожогами он вообще смог на меня напасть.
– Думаете, это он был в тоннеле? – спросил старшину рябоватый солдат, на всякий случай, держа труп на мушке.
– Рост подходящий.
Тут он сорвал с груди убийцы остатки сигнального жилета, обнаружив под ними помятые пластины металла, скрепленные витками тугоплавкой проволоки. Ими было обложено тело от горла до паха.
– Похоже на самодельный бронежилет, – прокомментировал старшина. Вытащив из ножен штык, он отковырял одну пластинку и провел по ней лезвием. – Металл очень крепкий и легкий. Наверное, титановый сплав.
– Шутите? Где бомж мог достать титановый сплав?
– Не знаю. По крайней мере, это объясняет его неуязвимость.
– Тогда как вы объясните трюк со стеной? На альпиниста он не похож.
– Я не обязан ничего объяснять.
В заделах снова вспыхнули и замигали красные лампочки. Оба солдата с огнетушителями вернулись к ним. Вытирая вспотевшие лица, они встали напротив и посмотрели на мертвеца.
– Что с Егоркой? – спросил один солдат другого.
– Жить будет. Рана неглубокая. Уже приходит в себя. Жаль только всех его собак поубивали.
– А Феликс?
– Уже очухался. Утверждает, что его накачали какой-то дрянью, – небрежно произнес рябоватый солдат. – Правду говорят, зараза к заразе не липнет.
– Феликс сказал, что были и другие нарушители, – произнес старшина, обратившись к Антону. – Два парня. Вы их видели?
Воцарилось молчание. Антон искоса посмотрел на Кравцова, но обходчик, как ни странно пробормотал, что они были одни.
– Пусть так. Сейчас это не главное.
– Я тут подумал, – произнес один из солдат, присмотревшись к обожженному телу, – а вдруг это из-за него у нас в прошлом году человек пропал?
Старшина не ответил, только сочувствующе закатил глаза.
– Не говори ерунды. Машкова перебросили в Раменки, – шепнул рябоватый солдат. – Новую квартиру дали. Засекретили. Вечно он таски ловит.
– Ты сам спрашивал?
– А кто меня к нему пустит?
– Никуда его не перебрасывали, – настаивал фантазер, рукавом стирая с огнетушителя пену. – Под штабом есть пещера, а в километре отстойник. Там крысы размером с собаку. Вдруг этот бомж питался ими и мутировал как человек-паук?
– Хватит этой чепухи про мутантов! – не выдержал старшина. – Это не наше дело. Есть подозреваемый, и разбираться с ним теперь будет военная прокуратура. Только не вздумайте им говорить подобную ерунду.
Солдаты, старшина и лейтенант посмотрели на раненного обходчика. Кравцов обреченно вздохнул и закрыл глаза.
***
Площадка, освещенная мерцающими прожекторами, и затухающий гул древнего генератора остались позади. Впереди была только тьма. Костя и Дима бежали по настилам. Фонарик освещал пыльный тюбинг и кабели. Спереди раздался топот. Из тоннеля сбоку стали доноситься голоса, вынудившие их спрятаться в ближайшем заделе. Мимо пробежали трое автоматчиков. Через некоторое время показались еще пятеро. Двое тащили под руки раненного товарища.
– Пора уходить, – шепнул Дима.
– Куда пойдем теперь?
– Домой. Во второй тоннель. Выход мы теперь знаем.
Даже не вериться. Ушибы сразу перестали болеть, стоило только мыслям коснуться дома. Мягкая кровать, свежий воздух, еда и сон. Однако расслабляться рано. Военные продолжали патрулировать окрестности. Покидая базу, они слышали в тоннеле стук колес. Приближался состав, а это значит, что скоро солдат будет еще больше, да и в тоннелях наверху давно ходили поезда. Стоит машинистам увидеть на путях посторонних, и они немедленно вызовут охрану.
Усатый мужчина сказал, что есть технический коридор, который огибает сектор. Они нашли его очень быстро. В тоннеле и дальше повсюду валялись гильзы. Некоторое время они шли по этому следу. В нескольких местах на стенах искрились провода, торчащие из металлических коробок. Вскоре Дима увидел труп первой собаки. Овчарка был сломана пополам. Рядом на стене темнело кровавое пятно. Чем дальше они уходили, тем больше находили гильз. Все три собаки валялись в заделе смятые и разорванные, с вывернутыми поверх шкуры костями.
Дима с безразличием смотрел на растерзанные туши. Типичный итог кровавой ночи. Костя только отворачивался. Трупы больше не пугали его. Он чувствовал отвращение и усталость. После пережитого бояться растерзанной собаки, вроде той, которую он впервые увидел в подвале на заводе, было просто глупо.
Прошагав довольно долго по прямому коридору, они попали на широкую площадку, выложенную кафелем. Сбоку Дима нашел нужную лестницу. Крутые ступени тянулись во тьму. Они поднялись наверх, держась за стены, и попали в пыльную комнату. Металлическая дверь впереди была открыта, следующая дверь за ней тоже. Дальше тянулись стеллажи. Здесь могло быть все что угодно, но только не путь наверх.