Вернувшись в Москву, Ицик Абрамович подъехал к лаборатории в личной машине. Встал в укромном местечке и подкараулил начальника, когда он шёл на работу. Без всяких проблем он снял учёного-химика на видеокамеру с нескольких точек и по интернету переслал запись в Израиль.
Используя навыки хакера, я вскрыл электронную почту руководителя сектора. Порылся в корзине и среди прочего хлама нашёл данные файлы. Вот, посмотрите, я вывел один на экран.
Начальник охраны перевёл взгляд на широкую стеклянную плоскость, висевшую справа от двери. Там молодой начальник отдела проходит мимо пятиэтажек. Тех самых, что расположены недалеко от его места службы.
– Узнав, что Лытникова кто-то избил, я стал выяснять, где, как и когда это случилось? – продолжил Роман: – Выяснилось, что на него напали в четверг, в семь часов вечера, когда он возвращался с работы. Я опросил местных жителей из ближайших домов и узнал все подробности.
В вашем районе Москвы имеется небольшое кафе под звучным названием «Весёлая Марфа». Там мне сообщили о том, что местный гопник Васька Щербатый недавно хвалился, что в лёгкую срубил немного бабла.
Поговорив с системным администратором той забегаловки, я купил видеозаписи с камер слежения, установленных в зале данного злачного места. Из них я узнал все остальные детали.
Роман указал левой рукой на вход в кабинет. Лев Леонидович привычно повернулся к LCD-телевизору. Начальник охраны увидел, что за пустым шестиместным столом сидел мрачный небритый мужчина лет сорока. К нему приближалась какая-то неординарная личность с парой кружек пива в руках.
Моложаво одетый мужчина походил на длинноволосого богемного чудика с небольшой бородой и усами. Чаще всего, так выглядели художники, восьмидесятых годов, что считали себя живописцами, достигшими небывалых высот.
Эти странные люди, раньше трудились на различных заводах Москвы и бунтовали против засилья советской цензуры. Теперь они все безработные и постоянно торчат на Арбате. Они продают небольшие картины, написанные левой ногой, и сильно жалеют о былых временах.
Тогда государство их как-никак, а всё же немного поддерживало. Безвозмездно давало квартиры под мастерские, и постоянно устраивало бесплатные выставки в домах культуры столицы. Теперь за всё это нужно платить, а денег им взять, естественно, негде. Вдруг оказалось, что их мазня никому не нужна.
Дисплей вновь разделился. На двух половинках возникли сразу две личности, снятые с разных сторон тесного зала. Мужчины сидели напротив друг друга. Пили светлое пиво и о чём-то болтали.
Роман объяснил начальнику службы охраны: – Я могу хорошо читать по губам, а чтобы вам было понятно, о чём говорят собеседники, как можно точнее, озвучу их речь. Если вы мне верите, то можете пригласить любого эксперта. Он подтвердит, что я ни в чём не ошибся.
Сопровождая обе картинки своим переводом, сыщик прокручивал запись диалога мужчин и, по её ходу, давал пояснения: – Вы видите, как неизвестный заказчик нанял местную шоблу, чтобы избить учёного-химика.
Вот он показал Ваське Щербатову фотографию Лытникова. Сказал, где и когда его нужно поймать и отдал деньги за труд. После чего, он покинул обеденный зал забегаловки и направился вглубь старой застройки.
На экране появился моложавый мужчина, быстро идущий прочь от кафе. Теперь плоскость дисплея «разделилась» на три равные части. В первой находилась фигура длинноволосого чудика.
В центре виднелся шагающий от аэропорта пожилой человек, а в третьей возник интерфейс хитрой специальной программы. На нём появилось окно, в котором вспыхнула яркая надпись: – «Совпаденье манеры движения – 99%».
– Я сравнил походку этих двух человек. – Роман кивнул на экран и продолжил: – Так я узнал, что заказчиком избиения Лытникова оказался Вайнштейн Давид Наумович. Старый друг вашего руководителя сектора.
Нужно сказать, что в этом нет ничего удивительного. Мужчина долгие годы прожил в России, в том числе и в Москве, в разных спальных районах. Он знал привычки местных ханыг и умел завести с ними беседу. Поэтому, он отдал деньги вперёд.
Как это ни странно, но люди, подобные Ваське Щербатому, в таком отношении довольно надёжны. Чаще всего, они держат слово, данное в такой ситуации. То есть, когда, кому-то за деньги нужно, как следует, настучать по башке.
Для них это некое доказательство доблести и проявление своей профпригодности. К тому же, они почему-то рассчитывают, что к ним опять обратятся с подобною просьбой. Поэтому, очень стараются, как можно точнее, исполнить контракт. Очевидно, надеются, что так они смогут попасть в какую-то местную банду.