Мур привёз несгораемый шкафчик в долину и рассказал об этом старателям. Все, как один, ему не поверили. Чтобы все убедились, что он не бахвалится, бармен разрешил окружающим людям тотчас испытать крепость прозрачной преграды.
Нужно сказать, что при этом Мур ничего не терял. Если стекло разобьётся, то фирма-изготовитель возместит ему стоимость сейфа. Если же нет, то все убедятся в несокрушимости скромной коробки. Чего и добивался мужчина.
Хозяин положил маленький сейф на деревянный чурбак, стоящий возле салуна и разрешил всем, кто желает, попробовать свою удачу и силу. Но сколько не били старатели по бронестеклу, на нём не осталось и тонкой царапины.
Окантовка маленькой дверцы ничуть не пострадала от мощных ударов. Лишь в тех местах, где в неё попадало остриё тяжёлой кирки, оставались следы, еле заметные глазом. Вернее сказать, не следы. Там появлялся серебристый налёт от металла, что отделился от жала кайла́.
Мур не остановился на простой демонстрации. Он выхватил «Кольт», который постоянно носил на широком кожаном поясе. Подошёл к чурбаку на расстояние в два с чем-то ярда. Встал возле сейфа так, чтобы при рикошете, пуля не задела никого ненароком. Хорошенько прицелился и нажал на крючок спускового устройства.
Грохнул оглушительный выстрел. Остроконечный кусочек металла врезался в прочное броневое стекло. С визгом отлетел от него в сторону. Попал в деревянную стенку салуна и прочно увяз в толстом сосновом бревне.
Дым от сгоревшего пороха быстро развеяло ветром. Старатели шагнули поближе. Все с удивленьем увидели, что на прозрачной преграде нет никаких повреждений. На гладкой поверхности лежала лишь блестящая капля свинца, слетевшая с раскалённой оболочки заряда.
Местные жители, молча, пожали плечами. С уважением взглянули на маленький сейф и направились внутрь салуна. Мур был очень доволен таким положением дел. Он приказал всем налить порцию виски за счёт заведения.
Старатели тотчас оживились и гурьбою направились к стойке. Все с благодарностью взяли небольшие стаканчики. Выпили дешёвое пойло, и стали усиленно думать о крупном рубине.
– «Взять этот увесистый камень удастся только вместе с коробкой» – размышляли мужчины: – «Она не очень тяжёлая. Значит можно её умыкнуть и отправиться в крупный промышленный город.
Лучше всего, за границу «штата дегтярников». Отыскать там и нанять «медвежатника», чтобы он как-то вскрыл непробиваемый сейф. Продать крупный кристалл, а на добытые деньги жить в своё удовольствие!»
К сожалению местных старателей, хозяин салуна предусмотрел такую возможность и тут же предпринял необходимые меры. Как во всех заведениях подобного толка, в зале дымного бара стояло расстроенное пианино, привезённое в эту долину неизвестно когда. На нём, вечерами, играл пьяный тапёр.
Ещё там имелось десять-двенадцать четырёхместных дощатых столов и штук пятьдесят табуретов, крепко сколоченных из обычных сосновых досок. У дальней стены высилась стойка из твёрдого дерева, размером по грудь человека.
Одним концом она упиралась в брандмауэр, отделяющий кухню с горящей плитой от общего зала из брёвен. Брандмауэр представлял собой толстую стену, сложенную из обломков песчаника.
Именно в эту прочную кладку Мур приказал мастерам вмуровать свой маленький сейф. Из задней плоскости сейфа, торчали штыри, которые прочно держали его в объятиях тяжёлых камней.
Наконец, с той работой было покончено. Цемент затвердел до прочности стали. Мур открыл прозрачную дверцу, что запиралась на сложный замок. Достал из кармана свой прекрасный рубин и положил на стеклянную стопку, стоящую в сейфе донышком вверх.
Бармен запер «витрину», сунул ключ во внутренний карман пиджака и отошёл на пару шагов. Мур убедился, что камень отчётливо видно из всех уголков его заведения и широко улыбнулся своей удачной задумке.
Дело было всё в том, что владелец салуна подумал об этом ещё при покупке «витрины». При изготовлении сейфа, всю его внутренность покрыли большими пластинами из никелированной стали. Они были хорошо отшлифованы, и отражали всё окружающее, не хуже, чем венецианское зеркало.
Рядом с каменной стенкой, с балки свисал новый светильник «летучая мышь». Это была, семилинейная лампа, работающая на керосине. Её яркий свет, проникал сквозь стекло. Отражался от блестящих поверхностей и освещал крупный рубин с разных сторон.
С тех самых пор, дела у кабатчика пошли значительно лучше, чем прежде. Старатели глотали дешёвое виски и подолгу глазели на замечательный камень. Кто-то пил только за то, чтобы найти что-то похожее. А кто-то с тоски, потому что, ему никогда не удастся добыть подобный кристалл. Как бы то ни было, но пить местные граждане стали больше и чаще.