Барон оскалил зубы, глядя на меня с настоящей ненавистью.
Не, играть мы будем по моим правилам.
— Ты! — Барон крикнул кого-то из своих людей. — Покажи им, куда лететь. Возьми ещё троих с собой. А вот если ты ещё раз…
— Без угроз, — тихо сказал я. — Или останешься без вертушки, а ещё против мощного врага. Мы же теперь на одной стороне, верно?
Барон отвернулся и пошёл к себе.
— Рудый, — позвал я парня, который оглядывал трупы. — Хватит стоять и вздыхать, осмотри, что есть внутри. Это наш трофей, не Барона.
Рудый вздрогнул. Ещё мягковат. Убивать зомби и врагов одно дело, а вот резать людей, которые и не собирались в тебя стрелять, намного сложнее. Первые несколько раз уж точно.
— А я пока отолью, — сказал я отошёл в сторону.
И дёрнул меня чёрт постесняться всех. Я подошёл к краю площади, где росли дикие неухоженные кусты.
Но пока я возился с ремнём, то услышал хорошо знакомый мне щелчок. Взведён курок.
Барон передумал?
Но всё оказалось намного более невероятно. Я увидел через кусты, кто в меня целился.
— Кречет? — удивился я.
— Вода, горячая!
Энн просто не могла поверить такому счастью.
Стой в душе хоть целый день, никто и слова не скажет. А ещё питание, и не из просроченных консервов, а из более свежих, которые хранились в бункере. А по пятницам, как сказали новые соседи по модулю, дают по кусочку настоящей свинины. Выращивают где-то наверху.
В модуле стояла раковина с краном, где можно было налить воды в любой момент. Вода отдавала хлоркой, но пить можно. И ещё есть чайник, в котором можно её кипятить, и даже розетка.
Такая простая вещь, о которой Энн уже забыла.
Ради такого Энн была готова мириться и с одинаковой серой одеждой, и даже то, что она жила в одной комнате с Агнешей. Мужчины живут в одних помещениях, женщины в других, если они не женаты.
Гектор заявился с самого утра и сейчас успокаивал Агнешу.
— Да что ты всё изводишься? — спрашивал он. — Всё нормально с ним будет. А ты что, заболела что ли? Бледная какая-то.
— Нет, — тихо ответила Агнеша. — Просто мне немного нехорошо.
Гектор озабоченно вздохнул, подошел к сидящей на кровати девушке и приложил ладонь к ее лбу. Он оказался холодным и влажным.
— Температуры вроде нет, — сказал он и легонько погладил Агнешу по рыжей макушке.
— Да ничего с ней не будет, — Энн отмахнулась. — Съела что-то не то.
В жилом отсеке есть запрещали, но зато дали концентрат сухого сока, целую коробку. Энн разложила по ложке в стеклянные стаканчики. Начал чувствоваться давно подзабытый запах апельсина.
— Отвык желудок с голодухи, — старик вздохнул ещё раз. — Зря мы согласились. То в тюрьме сначала жили, то здесь. А что будет с теми, кто отказался? Ну увезут их назад, к затворникам, так всё равно большинство же сюда приедет. И чего они отказались.
— Так им тоже, как и тебе, всё не нравилось.
— Да мне всегда всё не нравится, — признался Гектор. — Но может быть, это и правда нормальное место. Ну не может так быть, чтобы человеку всегда не везло. Может, хоть здесь поживём нормально. Бункер же, никто его не захватит.
Но что-то в глазах Гектора Энн не понравилось. Думал старик совсем о другом, но не хотел делиться мыслями. Или будто он уговаривал сам себя.
Вернулась Агнеша и молча упала на свою койку. Энн отвернулась. Раздражение от этой дочери сектанта росло с каждым днём.
— А ты чего не у себя? — спросила она у Гектора. — Решил у нас поселиться?
— С соседями не повезло, — сказал он. — Что не спросишь, то не знаю, или знать не положено. Мрачные они какие-то, даже имена не говорят. Скучно с ними, к вам пришёл.
— Ну сиди, — Энн улыбнулась. — Сока попьём.
Она налила воды в стеклянный графин. Надо подождать немного, чтобы осадок скопился на дне. Потом можно пить.
Это просто какой-то рай. Вода для мытья и питья, чайник, туалет. И безопасность.
— Да я бы чего покрепче выпил, — Гектор засмеялся. — Ну да ладно. Хватит моих подозрений. Поживём, выберем работу, потом и остальные подтянутся. А вы чего в такой духоте сидите?
Энн с удивлением на него посмотрела.
Гектор усмехнулся и подошёл к стене, где на панели был какой-то переключатель.
— Дышать же тяжело, — сказал он. — Но они тут всё продумали. Видел, как включали.
Старик повернул самый правый. В решётке под потолком что-то застучало, потом очень громко звякнуло и стало тихо.
— Ну всё, сломал, — Энн засмеялась, но замолчала. — А нас за это не выгонят?
Металлическая дверь открылась, в модуль заглянул мужчина с короткими усиками.