Карета остановилась. С уверенностью слуги знатного дома Диего уперся грудью коня в солдата.
— Дорогу! Дорогу ее светлости герцогине д'Альба!
Офицер, который стоял прислонившись к кресту, снял шляпу и спокойно ответил:
— Мы откроем дорогу ее светлости, как только она предъявит пропуск.
Диего вытащил из кармана целую кипу бумаг.
— Вот паспорта ее светлости и свиты. Мы отправляемся к источникам Лушона, там доктор де Баррье ожидает госпожу герцогиню.
Офицер покачал головой.
— Я говорю о пропусках, друг мой, а не о паспортах. Уже неделю никто не может пересечь французскую границу без специального пропуска, подписанного лично королем или же маркизом Флорида Бланка. И это до нового приказа.
— Но, в конце-то концов, это не может касаться самой знатной дамы Испании и…
— Это касается всех, даже членов королевской семьи, если им взбредет в голову предстать перед нами.
Каэтана все слышала, она побледнела, но, овладев собой, приспустила стекло и, высунув голову, подозвала офицера:
— Подойдите сюда, лейтенант. Хоть, по крайней мере, сообщите мотивы такого странного приказа.
Офицер подошел к карете, почтительно поприветствовал герцогиню.
— Бежал преступник, ваша светлость, его ищут полиция и святейшая инквизиция. А поскольку это француз, то естественно преградить ему дорогу в его страну. Мы имеем его приметы, и если он появится здесь, то ее светлость могут быть уверены, что он от нас не уйдет.
— Я в этом нисколько не сомневаюсь. Но скажите же мне, как мне тогда проехать в Лушон?
Я никогда и ни у кого не испрашивала разрешения, даже у короля. Кроме того, я больна, я должна лечиться. Вы же, я надеюсь, не хотите, чтобы я отправилась в Аранхуэс и ждала бы в приемной у Флорида Бланка? Ну же, лейтенант, сделайте же одно лишь движение. Никто никогда вас не упрекнет в том, что вы открыли границу герцогине д'Альба. Меня же не ищет инквизиция! Ни меня, ни кого-то из моей свиты! Я готова поклясться в этом.
Видно было, что офицер мучается сомнениями. Он предпочел бы быть скорее подвешенным на дыбу, чем стоять перед разгневанным взором этой женщины. Он знал силу ее власти, и если ей взбредет в голову идея сломать его карьеру, она смогла бы сделать это, пошевелив одним лишь пальцем.
— Ваша светлость! Я умоляю вас простить меня. Я знаю, что по сравнению с вашей светлостью я ничто. У меня есть лишь моя честь солдата, но, будь вы хоть сама принцесса, без пропуска я не смог бы освободить проход.
— Ну и сравнения же у вас! — взбешенно пробормотала Каэтана. — Надеюсь, что вы не командуете всем полком. Где-то же есть еще полковник, генерал, кто-то там еще? Пошлите за ними!
— Я бы сделал это охотно, но это невозможно.
Дон Гарсиа Моралес, наш полковник, уехал сегодня утром в Бургос, его вызвал губернатор. Но там, в Фонтараби, напротив старого замка, есть приличный постоялый двор. Я уже отослал туда экипаж с двумя дамами, они очутились точно в такой же ситуации. Ваша светлость сможет там устроиться на несколько дней, послать курьера в Мадрид за разрешением.
Рука Жиля нашла руку Каэтаны, пожала ее, привлекая ее внимание.
— Не упрямьтесь, — прошептал он, — надо уступить. Поедем туда и посмотрим, что можно сделать.
Герцогиня тяжело и устало вздохнула.
— Хорошо. У меня нет выбора. Последую вашему совету, лейтенант. Успокойтесь, — сказала она, видя его обеспокоенный взгляд, — я на вас нисколько не сержусь. Вы исполняете свой долг и делаете это хорошо. Это делает вам честь. Педро! В Фонтараби, — прокричала она кучеру.
Тяжелая карета развернулась, подняв тучу пыли в тот самый момент, когда другой экипаж приближался к последнему повороту. Это был элегантный двухколесный кабриолет, запряженный парой дымящихся лошадей, закрытый спереди кожаной завесой. Сидящие в карете сразу узнали его. Неподвижная от негодования Каэтана увидела, как после кратких объяснений и предъявления бумаги строй солдат раздвинулся перед шевалье д'Окаризом, тот спокойно пересек Бидассоа и поехал по дороге, ведущей в Париж.
— Конечно, у него есть этот проклятый пропуск. Ну же, Мария-Луиза заплатит мне и за это тоже!
Несмотря на свое разочарование. Жиль рассмеялся.
— Ну, дорогая моя, это же не конец света. Ничего еще не потеряно. Ваш Окариз получил небольшую фору, но я надеюсь все-таки его догнать и даже перегнать.