— Просто так?
Мама активно закивала. Было видно, как она волнуется.
— Да-да. Представляешь, когда я подходила к подъезду, Сергей вышел из машины с огромным букетом. Я взяла, а он такой тяжелый оказался. Сергею пришлось донести их до квартиры.
Мама неловко заломила руки, опустила глаза, щеки зашлись в румянце. Я хихикнула. Видимо, папа зашел дальше порога.
Давно не видела маму такой счастливой. Очевидно, родители приятно провели время, пока я бегала. Как хорошо, что хоть какая-то сфера моей жизни начинает налаживаться.
После душа и легкого перекуса я переоделась в любимую пижаму с Микки Маусом, надела лунный камень и зажгла свечу. Глядя на потемневшее небо, я сказала вслух о своем желании увидеть Илью, представила его лицо. После ритуала, убрала свечку и легла спать.
Открыв глаза, я оказалась перед домом №2. Легкий ветерок щекотал колени. Дверь дома открылась, и в проеме возник Илья. На нем была серая футболка и серые мягкие на вид штаны. Илья послал мне ослепительную улыбку, осветившую все вокруг лучше любого фонаря.
— Как же я рад, что ты пришла, — он спустился по ступенькам и крепко прижал меня к себе.
Я вдохнула приятный мускусный аромат. Вот он, Илья, живой и невредимый. Только здесь мы можем быть вместе, но не в реальной жизни. Я представила, что все происходит на самом деле, и положила руки на его плечи, а голову на грудь. Илья погладил меня по волосам.
— Чувствую, что ты расстроена.
— Есть немного, — пролепетала я, смаргивая слезу.
Илья отклонился, встретился с моими глазами и мягко сказал:
— Когда ты грустишь, мне тоже становится плохо.
— Как не расстраиваться, когда все это лишь… магия.
— Женя, я очень раскаиваюсь в том, что не могу предложить тебе большего. Вообще ничего не могу предложить. То, что сейчас происходит между нами — сложно.
Он ласково погладил меня по руке и взял ладонь в свою руку.
— Идем в дом.
Мы вошли в теплый уютный зал. Яркие всполохи камина приковывали к себе внимание. Я с трепетом подошла к облизывающему поленья огню, опустилась на мягкий ковер, поджав под себя ноги. Протянула руки к жару. Потрескивание бревен навеяло на меня сонливость и умиротворение.
— Огонь обладает поистине магической способностью облегчать душу человека.
Илья вошел в комнату, держа поднос с кувшином, доверху наполненным чем-то прозрачным и газированным, и блюдцем с овсяным печеньем с шоколадной крошкой.
Запах мяты распространился по комнате в считанные секунды. Он подал мне кружку с напитком и, видя мое замешательство, хитро улыбнулся:
— Это просто лимонад.
— Тогда ладно, — сказала я и сделала несколько глотков.
Илья сел рядом со мной, поставив поднос рядом с камином.
— Как обстоят дела с историей? — он захрустел печеньем.
Печенье выглядело волшебно.
— Пробуй, не стесняйся, — сказал Илья и добавил: — Вижу, что хочешь.
Я взяла сладость, густо покрытую мелкими шоколадными шариками.
— Как вкусно, — промурлыкала я. — Илюш, можно задать тебе один вопрос?
Он кивнул, отправляя в рот следующее печенье:
— Ты уже задала. Но, так уж и быть, спрашивай второй раз.
Я улыбнулась:
— Все-таки ты с юмором.
— Нет, просто я нервничаю.
— Почему?
— Наступают трудные дни.
Илья задумчиво посмотрел на огонь. Между нами повисло молчание, но оно было не напряженным, а печальным. В голове промелькнуло, что настанет день, когда мы не будем сидеть у камина, встречаться во снах. Когда-то Илья перестанет неожиданно появляться рядом со мной. Смолкнет бархатный голос, закончатся письма.
— Ладно, не грусти, — он потер глаза.
— Читаешь мои мысли? — мой голос предательски дрогнул.
— Этого не требуется. Я тебя очень хорошо чувствую. Между нами духовная связь.
— Тогда скажи, что я буду делать, когда ты уйдешь? В своем первом письме ты говорил, что я тебя оставлю. При встрече ты тоже повторил, что скоро все закончится, — я снова начала утопать в колодце, наполненном болью.