Но Илье может не понравиться, что я бегаю с другим парнем. Мною овладели сомнения.
— Егор, я не уверена, получится ли бегать вместе, потому что у меня нет четкого режима. Из меня такой себе спортсмен — два дня пробежки, потом месяц перерыв.
Он заразительно засмеялся, слегка отстав. Через секунду, поравнялся со мной, и сказал:
— Я такой же. Но в отсутствии дисциплины есть и плюсы — одному тяжелее себя заставить заняться спортом, а вдвоем проще. Один другого стимулирует. К тому же, вместе веселее.
Только я открыла рот, чтобы ответить, как вдруг на полосе Егора, метрах в семи от нас, появился Илья. Отсюда виднелись его потемневшие, не предвещающие ничего доброго, глаза. Я послала ему романтичную улыбку, но взгляд парня был прикован не ко мне. Когда мы добежали до Ильи, я не сбавляла темп, в то время как Егор запнулся обо что-то и полетел вперед, сильно ударившись лицом о дорожку.
Я развернулась и подбежала к парню, утирающему кровь с разбитой губы и носа.
— Тебе помочь?
— Нет-нет, все в порядке, — спешно сказал он и скорчился, ощупывая лодыжку на правой ноге. — Кажется, связки потянул.
Я протянула ему руку, чтобы помочь встать. Но он не принял:
— Нет, я тяжелый. Сейчас сам встану.
Опираясь на здоровую ногу, Егор поднялся. Он сдул светлые волосы, упавшие на глаза, и бодро сказал:
— Хотел познакомиться с красивой девушкой, а в итоге опозорился, — он криво улыбнулся, прижимая согнутый указательный палец к кровоточащей нижней губе.
Не зная, что сказать, я оглянулась на Илью. Он стоял на том же месте и не сводил с нас сурового взгляда.
— С кем ни бывает, — дружелюбно сказала я, не зная, как выкручиваться из непонятной ситуации.
— На сегодня моя тренировка подошла к концу, но я надеюсь, что мы встретимся с тобой через пару дней в это же время. Что скажешь? — он поднял с травы свой портфель и закинул на плечо.
— Сначала подлечись. Нельзя бегать с больной ногой, — с каждым словом я все глубже уходила в замешательство. Щеки горели огнем, было нестерпимо душно.
Терпеть не могу такие двузначные ситуации. И обидеть не хочется отказом, и тут же стоит Илья, просверливая дыру в моей голове.
Егор кивнул и, прихрамывая, медленно побрел за угол школы.
Едва сдерживая негодование, я зашагала к Илье. Не двигаясь и не моргая, он смотрел на меня.
— Зачем ты так с ним? — возмутилась я, стоя в нескольких сантиметрах от слишком обаятельного парня. Но уже через минуту гнев уступил место трепетному волнению.
— Как? — его голос звучал ровно.
— Толкнул его. Человек разбил нос, губу и повредил ногу!
— Я не толкал. Это всего лишь подножка, — невозмутимо ответил Илья.
Он расслабился и теперь не выглядел суровым.
Я всплеснула руками:
— Но это жестоко!
— А приглашать мою девушку на свидание — это не жестоко?
— Он просто предложил вместе бегать иногда, — произнесла я сухо, а сама смаковала в голове фразу «моя девушка». — К тому же, я не согласилась.
— «Просто вместе бегать», — передразнил Илья, изобразив на лице фальшивую улыбку. — Так мило звучит. И он не говорил слово «иногда», а ты не отказала.
Я отвела взгляд в сторону, стянула с волос резинку, пригладила волосы и сделала хвост. Потом снова посмотрела в злые ореховые глаза.
— Ты что, ревнуешь?
— Да, ревную.
— Но причины нет, — я скрестила руки на груди.
Илья пристально посмотрел на меня. Его взгляд оценивал процент сказанной мною лжи.
— Причина в том, что стоит мне исчезнуть, как ты сразу же найдешь себе другого.
— Это не правда.
— Это истина.
— Ну, так не исчезай! — я обошла Илью и направилась к своему рюкзаку. Дойдя до дерева, подхватила его и надела лямку на плечо.
Обернувшись, наткнулась на Илью. Миндальные глаза, отражающие солнечные блики, метали молнии.
— Ты, наверное, издеваешься.
— Нет, не издеваюсь. Но то, что я вижу, меня беспокоит. Ты легко причинил человеку вред!