— Да неделю всего, — ответила я, не зная, рассказывать ли папе о происшествии со Славкой или нет. Может, ему мама говорила об этом, а, может, не говорила. Я решила промолчать.
— Понятно! Ну, надеемся, он парень серьезный и ненавязчивый. Твои школьные успехи и поступление в университет сейчас превыше всего.
— Ой, ты себя вспомни в Женькины годы! Только с девками да друзьями тусовался, а потом сразу в армию. И вот тебе — охрана! До высшего образования так и не дошел, — напомнила папе бабушка.
Папа продолжил заниматься отделкой летнего душа. Сейчас он пристраивал к нему раковину.
— Потому и говорю, — проворчал папа. — Что образование превыше всего.
Мы пообщались еще немного, после чего все занялись своими делами.
Я села в кресло и начала вдумчиво изучать параграфы по истории. Затем взяла ежедневник и написала планы на завтрашний день.
Понедельник (после уроков):
- Выполнить домашку на вторник и среду, доделать недоделанное;
- Посмотреть черное платье или белую блузку и черную юбку на последний звонок (если что – заказать);
- Попросить маму, чтобы договорилась с ателье о пошиве фартука;
- Пить чай с лимоном и медом;
- Готовиться к экзаменам по русскому; истории; обществу;
- Посмотреть на сайте ИвГУ проходные баллы на бюджет и дополнительные вступительные экзамены;
- Если все сделано, то отдыхать.
Пока бабушка поливала саженцы, папа позвал меня в домик и выспросил, как дела у мамы, в каком она настроении, говорит ли о нем что-нибудь. Мне составило большого труда сказать правду — я мало что знаю, поскольку мама не слишком общительна и все время проводит в комнате за ноутбуком, а мы со Славиком занимаемся уроками. Ну и еще я встречаюсь с друзьями.
— Жень, ты единственный шанс на мое скорое возвращение домой. Понимаешь, у бабушки жить неплохо, но вы моя семья, я вас очень люблю и сильно скучаю. Я каждый день думаю о вашей маме. Жень, это все такой бред. Надеюсь, хоть ты мне веришь? — папа заглядывал в мои глаза в поисках ответа. — Веришь, что я ей не изменял?
Мои глаза наполнились слезами.
— Ты что, Женёчек, плакать собралась? — папа обнял меня и погладил по голове. — Ну, тише, тише, не плачь, все обязательно наладится.
— Я верю, что ты прекрасный муж и самый лучший папа в мире, — я не могла остановить рыдания. — Мне очень хочется, чтобы ты скорее вернулся домой. Ты бы знал, что выкинул Славик! — я взяла со стола салфетку и вытерла потекшие сопли и слезы.
— Что произошло? — в голосе отца послышалось напряжение.
И я рассказала о конфликте между мамой и Славкой, и его побеге через огромную дорогу в лес.
— Так и думал, что без меня начнется апокалипсис, — брови папы сомкнулись на переносице. — Держи меня в курсе событий.
— Пап, ты просто постарайся разрулить ситуацию, — пролепетала я.
— Я к этому и стремлюсь, но нужно выждать время. Ваша мама еще не готова к миру.
Около восьми вечера папа довез меня до подъезда. Он выглядел расстроенным, после нашего разговора.
Дома царил покой, но счастьем и не пахло. И даже аромат мяса по-французски и диетический салат для Славика не привнесли в атмосферу дома радости и любви.
Глава 14. Илья
Илья не знал, какой сегодня день недели. Скорее ориентировался по внутренним ощущениям. По его подсчетам прошло не меньше четырех дней, когда он последний раз навещал Ромку. За это время Илья разложил по полочкам создавшуюся ситуацию и пришел к единственно верному решению.
Первое, что нужно сделать — это изъять у Ромки все рассказы. Он еще маленький, а, значит, искренний. Сам не ведает, что усугубляет свое положение историями с упоминанием Ильи. Но как запретить ребенку писать об Илье? Это очень трудно. Некоторое время Рома может не говорить о своем друге и не писать, но это лишь вопрос времени. В любой момент, путь даже за обедом с родителями, Рома заикнется про Илью или начнет говорить о нем, отвечая на родительские каверзные вопросы. Родителям важно услышать, что никакого Ильи нет, и это всего лишь фантазия их сына, но Ромка не сможет лгать. Как известно, дети меняют показания. Рома забудет, отвлечется и непременно брякнет про Илью, родители снова схватятся за голову и отправят в клинику.