Я вошла в туалет и нашла Славика в одной из кабинок, согнувшимся над унитазом.
— Я умираю, — промямлил он и вырвал очередную порцию.
— Не умираешь. Как перестанет тошнить, сразу идем домой.
Я умыла брату лицо, и потихоньку повела его к выходу. До дома мы добрались медленно, но без происшествий. И только оказавшись в квартире, Славка, не разуваясь, полетел в туалет.
Я позвонила папе.
— Привет, дочь! Как вы там? — голос папы раздавался немного издалека. Скорее всего, он разговаривал со мной по громкой связи, пока телефон висел на панели управления.
— Пап, тут Славка разболелся. Его тошнит и поносит.
Папа цокнул языком.
— Ну вот! Мама дома?
— Ее не будет до вечера. А ты не сможешь приехать? — спросила я, чувствуя, что ответ будет отрицательный.
— Жень, я сегодня на сутках. Знаешь что, если температура будет высокой или частые позывы в туалет, вызывай «Скорую». Не медли.
Я завершила разговор. На экране высветилось сообщение от мамы с необходимыми лекарствами. Из туалета не было слышно ни звука.
Я забеспокоилась.
— Слав, ты в порядке? — спросила я, стукнув указательным пальцем по двери.
— А?— раздалось вяло. — Да…я в полуобмороке просто. А так все отлично.
Я горестно усмехнулась.
— Понос?
— Типа того. Я просто сижу на толчке.
— Ладно, Слав, я сейчас посмотрю, что у нас есть в аптечке, и принесу тебе лекарства. А ты пока выходи и ложись в кухне на диван. Окей?
— Окей, — промямлил Славка.
Я зашла на кухню, открыла верхний шкафчик и достала оттуда прозрачный контейнер. В аптечке нашлись нужные таблетки, но не было соленой минеральной воды без газа.
Я взяла таблетки, налила в стакан воды. В это время на кухню практически заполз Славка и рухнул прямо в обуви на диван.
— Эх ты, еще и полы мыть придется. Что за день, — проворчала я, стаскивая с него ботинки. — Ставь градусник.
Брат послушно выполнил. Я села на стуле возле него. На полу грязные следы от ботинок. Надо вставать, протирать. А я так устала.
— Как же трудно быть взрослой, — пробормотала я и пошла за тряпкой.
Славка спал с приоткрытым ртом, когда я закончила с полом. Градусник слабо болтался под его футболкой. Осторожно, чтобы не разбудить, я достала его и уставилась на серебристую полоску ртути. И зажала рот рукой. Градусник показывал тридцать восемь!
Я налила свежей воды в стакан и поставила на стол, рядом со Славкой. Ткнула на кнопку электрического чайника, который махом запыхтел. Я зажала пальцами таблетку.
— Славик, Слав, проснись, — я аккуратно толкала брата в плечо. — Тебе нужно выпить.
Слава приоткрыл один глаз, другой разлепляться не хотел. Он попытался сесть — не получилось. Тогда я придержала ему голову, чтобы он смог спокойно выпить. Брат проглотил лекарство, снова лег на подушку и задремал.
Подушка лежит тут с тех пор, когда мама выгнала папу из дома. Как напоминание о том, что в нашей семье не все благополучно и не все на своем месте.
Я переоделась, налила Славке и себе чаю с медом, съела холодный плов, который мама варила пару дней назад. В комнате расставила учебники на полку и взяла историю.
И тут меня прошиб холодный пот. Богдан! Мы же сегодня должны были встретиться сразу после школы! Я посмотрела на время — 16:07. Он уже понял, что я не приеду. Ах, как же неприятно получилось. Я так ждала сегодняшнего дня, чтобы увидеться, а день оказался с сюрпризом.
— Что ж, может, так даже лучше. По крайней мере, Богдан вспомнит, зачем нужен телефон, — рассудила я вслух.
Но в душе меня начала грызть досада. Поскольку наша встреча отменилась, а следующая не назначалась, как мы теперь встретимся? По чистой случайности через пару месяцев, а то и через год? Обида захлестнула меня с новой силой. Не было у тебя, Женька, парня и не надо было начинать! Потому что все не как у людей. Этот май выдался просто ужасным. Столько проблем еще никогда не притягивалось разом, захлестывая меня в масштабный круговорот. И все это перед экзаменами.
Звук сообщения выдернул меня из безрадостных мыслей.