Братья по несчастью, оказавшиеся без жилья, как и он, зависали в одном из притонов и планировали там оставаться на неопределенное количество времени. Как бы мерзко не ощущал себя Стекло, он отделился от братьев и доковылял до заброшенного дома. Каким бы ни был его нынешний дом, он с ним породнился. Приятно иметь свои чужие стены, свои газеты, свой подпол, в котором он хранит заначку. Даже братья об этом не знают, иначе бы уже все разграбили.
Стекло затворил за собой дверь, на ощупь по стенке дошел до кучки пакетов и газет, и с удовлетворением сел. Прикрыл глаза. Как же хорошо. Темно только. Электричества нет, а за окнами серость. Но ничего, это все мелочи жизни. Сейчас он вкинется, и мир заиграет новыми красками. Яркими, сочными. Возможно, он сможет вздремнуть.
А красивая была та девица, к которой он подкатил поутру. Остановил ее за углом какого-то дома, вокруг никого не было, только Стекло и она. Прекрасная незнакомка с прямыми короткими волосами. Ее длинная юбка до колена и стройные ножки на каблуках так и стояли перед глазами у изголодавшегося по женскому вниманию Стекла. Ну и что с того, что он хотел получить немного любви? Каждому человеку хочется быть нужным. Казалось, что он может ей понравиться. Но стоило Стеклу приблизиться к Стройным ножкам, как она размахнулась своей миниатюрной сумочкой, из какой-нибудь крокодильей кожи, и ударила его прямо в нос. Тогда Стекло схватил ее за руку. Он очень не любил, когда его бьют по лицу. За это Стройные ножки должна быть наказана. Он поволок ее за собой. Удары сумочки со всех сторон сыпались на него, сопровождающиеся криками «помогите!». Но Стекло принял хорошую утреннюю дозу, поэтому сил у него было достаточно, чтобы справиться с хрупкой девушкой.
Поблизости проезжал автомобиль, который резко остановился. Молодой парень выбежал из иномарки, даже не захлопнув водительскую дверь. Через секунду он оттолкнул Стекло от Стройных ножек, осыпал его ругательствами, подхватил сумочку из крокодила, и усадил трясущуюся барышню в машину.
Ну и черт с ними, решил Стекло. Расстраиваться он был не намерен.
И вот он здесь. В тишине, полумраке, по карнизу бьют струи дождя.
Стекло потянулся было к едва заметному выступу на полу, намереваясь достать героин, как вдруг что-то изменилось. Будто воздух резко стал другим. Он медленно открыл глаза, пытаясь сфокусироваться на одной точке. Когда Стеклу это удалось, он понял, что находится не один. У окна стояла черная фигура.
— А, тебе тоже надо… — невнятно промямлил Стекло, обращаясь к фигуре. — Тут только для меня. Больше нету, — он пожал плечами. — Извини, друг.
Черная фигура медленно приближалась. Сначала Стекло видел ее размыто, теперь же силуэт стал отчетливее. Видимо, отсутствие освещения сыграло с ним злую шутку. Ему показалось, будто тень сливается с…воздухом. Будто она не идет, а парит. Полы здесь голые, бетонные. А по бетону тихо не пройтись, шаги должны быть слышны. Мозг Стекла был почти полностью поражен наркотой, однако маленькая его частичка все еще могла думать. Когда-то Стекло был очень умным человеком.
Тень двигалась плавно и бесшумно. С раскалывающейся головной болью и спазмом мышц по всему телу, Стекло потерял фокус и не мог уловить, где находится тень в данный момент. Черная фигура появлялась то в одном месте, то в другом. Как в фильме, когда делаются подряд несколько кадров.
Кадр. Стоп съемка. Кадр. Стоп съемка. Кадр…
Железная дверь немного отворилась и с грохотом захлопнулась.
Сердце Стекла ушло в пятки. Ему срочно требовался допинг. Больше терпеть он не мог.
— Жить надоело, а? — тень опустилась на корточки рядом с растекшимся по стене и полу Стеклом.
Он силился сконцентрироваться на лице черной фигуры, но разглядеть не получалось. От этого взгляд плавал, как у пьяного. Хотя он и был пьяным.
— Не волнуйся. Недолго осталось.
Голос тени звучал тихо, как шепот. Возможно, это лишь игра его бурного воображения, и никакой тени нет, а голос попросту мерещится. Так бывает, когда употребляешь запрещенные вещества.